Тайный любовник

Аллисон Прескотт, расталкивая локтями зевак и других репортеров, сумела влотную подобраться к желтой ленте, натянутой полицейскими вокруг места преступления. Убедившись, что Рик Холмс с видеокамерой от нее не отстал, она перегнулась через ленту и сунула микрофон в лицо ближайшему полицейскому.

– Мы уверены, что убийца тот же, что и в предыдущих четырех случаях, – говорил он, отвечая на чей-то вопрос. – Удар по голове тупым орудием, смерть наступила где-то между полуночью и четырьмя или пятью часами утра.

– Кто обнаружил тело? – спросила Аллисон.

– Служащая с десятого этажа. – Он показал наверх. – Она пришла рано и открыла жалюзи в кабинете босса.

– У вас есть подозреваемые? – крикнул другой репортер.

– На этот раз никого. Но мы проводим расследование и надеемся вскоре решить это дело.

– А жертва опознана? – Аллисон избегала смотреть на покрытые простыней носилки, сосредоточившись на полицейском.

– Пока нет. Но, скорее всего, еще один бродяга.

Крупный мужчина в темном костюме пробрался сквозь толпу и нырнул под ленту.

– Детектив Рейни, а у вас есть новые улики в этом деле? – настойчиво спросила Аллисон.

Он угрюмо взглянул на нее, потом обежал взглядом толпу репортеров, не скрывая своего презрительного к ним отношения.

– Кое-что у нас есть, мы над этим работаем. Однако пока я не могу обсуждать это с прессой.

Повернувшись к ним спиной, детектив приподнял простыню, закрывающую тело, и пробормотал фразу, которую на телевидении не пропустили бы. Он полностью перестал обращать внимание на репортеров и теперь что-то обсуждал с другими полицейскими.

– Общественность имеет право знать! – выкрикнула разочарованная Аллисон.

Рейни бросил на нее взгляд, который шесть месяцев назад привел бы ее в замешательство. Но сейчас она осталась на месте, ответив ему не менее сердитым взглядом.

– Общественность имеет право рассчитывать, что убийцу поймают и накажут, а именно это я и пытаюсь сделать.

Он снова наклонился над телом, оставив репортерам лишь возможность любоваться своей спиной.

Аллисон сердито сжала губы. Ей придется болтаться здесь вместе с другими репортерами из местных газет, с радио и телевидения. Полиция будет работать по привычному стандарту, а они – все вместе и каждый в отдельности – терпеливо ждать какой-нибудь детали, которая сделает репортаж отличным от других.

К месту убийства, шаркая ногами, подошел высокий убого одетый мужчина и остановился рядом с Аллисон. Ей не хотелось смотреть на него, ее пугал вид нищеты вблизи, той самой нищеты, которая подкрадывалась и к ней самой, но тем не менее она не могла оторвать от него завороженного взгляда.

Казалось, что все его лицо и голова были покрыты массой вьющихся русых волос. Глаза и нос еле различимы. Примитивная одежда изношена и потеряла цвет, но, как она заметила, чистая. Коричневая куртка свисала с долговязой фигуры, а брюки были на добрых пару дюймов коротки.

– Кто у вас там? – крикнул он полицейским.

Она внутренне сжалась, пожалев этого человека, которого сейчас раздраженно отчитают. Однако детектив Рейни почти охотно приподнял ленту и пропустил высокого.

– Ты знаешь этого парня? Взгляни.

Незнакомец наклонился вместе с Рейни и осмотрел тело со всех сторон. Аллисон, удивленная странным поведением детектива, принялась рассматривать незнакомца с не меньшим взиманием, чем он рассматривал труп.

Ситуация становилась ей все любопытнее. И не только из-за Рейни. Было что-то в этом человеке привлекающее внимание. Напряженность, целеустремленность… Невзирая на внешность, не чувствовалось в нем обреченности и приниженности, характерной для бездомных.

– Я его встречал.

Человек говорил тихо, она едва расслышала. И все же различила скрытый гнев в его тоне. Он выпрямился и повернулся, чтобы уйти, но в этот момент его взгляд встретился со взглядом Аллисон. Он немедленно взъерошил волосы и начал пробираться сквозь толпу, не обращая внимания на вопросы корреспондентов.

– Вы давно живете на улицах?

– Что вам известно об убийствах?

Аллисон на этот раз не нашлась что спросить. Ее голова усиленно работала, переваривая информацию, которая пока была скорее интуицией. Правда, если не считать его глаз – карих, ясных, умных и чистых. И ведь он немедленно спрятал их от нее, как будто боялся, что она заметит… что?

Она подобралась к Рику и прошептала:

– Держи его в кадре как можно дольше. Рик вопросительно взглянул на нее, но послушался.

– Что ты о нем думаешь? – спросила она, когда человек исчез из виду и Рик опустил камеру.

– Ничего, – пожал плечами оператор. – А ты что о нем думаешь? Ведь это ты потребовала его снять.

– Не знаю. Что-то не так. Он странно себя вел.

– Испугался. – Рик снова поднял камеру и начал искать, что бы снять поинтереснее.