Тайна наложницы

© Подольская Е., 2012

© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», 2012

– Все мудрые правители мудры одинаково, а все безумные правители безумны по-разному…

О, как часто повторял эти слова прапрадед халифа Мухаммада ибн Мансура аль-Махди. Хотя, быть может, то был не прапрадед халифа, а прапрадед этого самого прапрадеда… Одним словом, самый первый из династии великих халифов был вовсе не глуп, учился везде, где только видел зерно истины, запоминал, записывал и настоятельно призывал потомков прислушиваться к его словам. Хотя бы к некоторым…

На удивление, слова предка не пропали втуне, ибо советам этим действительно следовали не только его дети и дети его детей. Они пригодились даже людям, живущим в сотнях и тысячах фарсахов от сердца мира под рукой Аллаха всесильного и всевидящего, прекрасного Багдада. И одним из мудрецов, не постеснявшихся последовать совету великого халифа, был Махмуд ас-Юсеф по прозвищу Избранный, в чьих руках цвела прекрасная страна Аль-Миради, что лежит на полуночь от Либии и выходит к самому теплому из морей мира.

Халифа Махмуда называли Избранным, ибо он воцарился не по праву рождения, а был избран жителями страны как самый мудрый и справедливый военачальник.

Сын Махмуда, Рашид, взошел на трон, когда отец его решил, что он многое уже сделал для страны и пришел черед его сына править, поощряя все лучшее и искореняя худшее, что было в державе под его рукой. Скажем сразу, что Махмуд Избранный был вовсе не стар. Но у него хватило разума и мужества уйти, дабы сын принял бразды правления, а не томился, зная, что многое мог бы сделать лучше, если бы не самодур отец. Следует признать, что шаг сей был более чем мужественным, а наследник, Рашид[1], оправдывая свое имя, с первого и до последнего дня правления был настоящим отцом для подданных.

Так и повелось в прекрасной стране Аль-Миради: когда правитель понимал, что его наследник в силах принять ответственность за всех, от младенцев до стариков, он уступал ему трон и огромные полномочия, которые передаются вместе со званием халифа. И было это воистину мудро, ибо за долгие пять сотен лет, что правила эта династия халифов, не случалось под кровом дворца заговоров, сын не пытался отравить отца, а отец не подсылал убийц к сыну.

Не стал исключением и девятнадцатый по счету халиф, Мирза ас-Юсеф. Он в юные годы взошел на престол и честно правил до того дня, когда его сыну, Салеху, не исполнилось двадцать три года. О да, это был возраст вполне зрелый для любого человека, но весьма и весьма юный для правителя. Халиф же Мирза отличался воистину недюжинным умом и потому не только продолжил традицию рода, но даже и развил ее.

Ума халифу Мирзе хватило на то, чтобы отправить своего сына в действующую армию. О, многие могут сказать, что хватило ему не ума, а безумия, потому что юного наследника могли убить в первой же схватке. Но вместе с Салехом отправились и его товарищи по юношеским забавам Шимас, Фархад, Джалал ад-Дин. Война превратила беззаботных юношей в настоящих мужчин. Главным же наказом товарищам Салеха было во что бы то ни стало сберечь жизнь наследника.

За два года войны Салех подружился со всеми, от солдата до командующего, каким-то волшебным образом ухитрившись не нажить врагов, что иногда очень трудно, чтобы не сказать и вовсе невозможно.

Закончилась ли война победой, понять было непросто. Если говорить по совести, и войной-то это назвать затруднительно. Однако в боях никто не погиб, и потому халиф Мирза объявил мир.

Вернувшееся войско народ встречал с необыкновенными почестями, а халиф, увидев среди триумфаторов своего сына, вновь похвалил себя за то, что совершил воистину мудрый поступок. Теперь, когда за Салеха готовы были отдать жизнь все солдаты войска, и наступило время для передачи власти.

О, для халифа Мирзы это было настоящим событием. И готовился он к нему долго и весьма тщательно. Почти целый месяц составлял письмо, которое должно было бы, пусть недолго, но послужить шпаргалкой для начинающего правителя.

К сожалению, он знал, что принц Салех вовсе не мечтает о престоле и с удовольствием оставил бы отцу все полномочия до самой его смерти. Но вряд ли это знание хоть что-то изменило в поведении Мирзы – он был приверженцем традиций и педантично соблюдал даже самые мелкие детали церемониала, такие, как ритуал отхода ко сну или торжественный поход в баню по вторникам, пятницам и воскресеньям.