Таир. Восставший из пепла

Среди высоких и пушистых сугробов стоял мужчина, одетый во все белое. Если бы не его смуглая кожа и черная борода, то никто бы его не приметил среди всей этой белизны. Идеально белый костюм-тройка сидел на нем, словно вторая кожа. Белая рубашка была расстегнута на несколько пуговиц, показывая волосатую мужскую грудь, на которой висел мощный крест из белого золота. Весь в белом, с угрюмым выражением лица, словно смерть сменила свой наряд и стала еще страшнее и опаснее, Таир стоял, перебирая в ладони четки, и смотрел на то место, где когда-то был его дом.

Его нерушимая крепость, которая оказалась не так уж и крепка. Ровно год назад он сгорел. Сгорел в своей спальне, в своей же кровати. Сгорел для всех и для себя, в том числе. А когда-то он думал, что его не просто убить, но, как оказалось, до звезд тоже можно достать рукой. Целый год все считали его погибшим, но они не знали, что не так просто убить Таира Салахова. Тот, кто хотел его смерти, он не убил его, а сделал сильнее, злее, беспощаднее. Остатки души Таира сгорели, но осталось тело и окаменевшее сердце. Он возродился из пепла как феникс, чтобы отомстить своим обидчикам и вернуть свою империю.

Таир еще раз обвел взглядом груду сожженных развалин, где когда-то был его дом. Белоснежные колонны покрылись черным налетом от пепла, а все место, где был пруд и где когда-то плавали лебеди, было засыпано снегом. Словно и не было здесь белоснежного замка, который приводил всех в восторг, кто впервые видел его.

Приподнял свое лицо к быстро плывущим облакам и прикрыл глаза, а там вновь воспроизвелась картинка той самой злополучной ночи, которая снится ему изо дня в день вот уже целый год.

Он отчетливо помнит, как проснулся ночью от того, что задыхался. Вокруг все было в дыму, а он не мог пошевелить своим телом. Около него безмолвно спала Кира. Хотел крикнуть ей, но язык, словно тряпка, онемел. Попытался подняться с кровати, но упал на свое же место тяжелым мешком.

– Господин Таир! – бросился к нему сквозь дым и огонь, который добрался уже до спальни, его верный и надежный начальник охраны Ахмед. Но Таир не мог ему ничего сказать, просто смотрел и что-то неразборчиво мычал. В ту самую секунду он почувствовал себя ничтожеством, которое может сгореть, и его даже никто не вспомнит. Он бросал, лежа на кровати, беспомощные взгляды в сторону Ахмеда, который уже пробирался к нему.

– Сейчас… я сейчас! – тот завернул его в простыни и погрузил на свою спину, спустил в окно, выбрасывая своего хозяина вниз, в сугроб, и сам спрыгнул вслед за ним.

Ахмед оказался единственным, кто как верная собака, прибежал к своему хозяину. Таир и Ахмед познакомились еще в далеком прошлом, когда были совсем мальчишками. Мать Таира была прекрасной и доброй женщиной. Они с Таиром жили бедно, перебиваясь с копейки на копейку, выживали, как могли. И под новый год после смены мать шла домой и встретила у подъезда мальчишку, которого иногда подкармливала, если было чем. На улице был зверский холод, а пацаненок был одет в потрепанный свитер, джинсы, которые были ему на несколько размеров больше, и кеды. Его тогда снова выгнали родители из дома и сказали, чтобы тот больше не возвращался, а добрая госпожа Салахова приютила пацана. Она привела его в свою квартиру и дала всю любовь и заботу, которая жила в ее бездонном сердце. С того момента Таир и Ахмед стали лучшими друзьями и братьями по духу.

После того, как Ахмед выпрыгнул в окно вслед за Таиром, он отволок его в дальний амбар. И только спустя где-то минут сорок Таир смог вымолвить хоть одно слово.

О том, что Таир выжил, знал только Ахмед. Вместо тела своего хозяина Ахмед подложил охранника, которого сам же и убил. Тем же вечером, пока не приехала скорая и полиция, Ахмед вывез Таира в квартиру, о которой никто не знал. И благодаря своему охраннику и другу Таир не только выжил, но и не получил ни одного шрама, кроме тех, что уже были на его теле. От той ночи остались только воспоминания и половина бизнеса, который разворовали его враги.

– Господин Таир, нас уже все ждут, – за спиной раздался голос охранника, и Таир открыл глаза. Сегодня он снова явится в свет, и пусть каждый трепещет от страха, слыша его имя.

– Через минуту я приду.

– Хорошо, – кивнут тот и удалился к машине.

Таир еще несколько минут стоял на заснеженной тропинке, которую сам же протоптал и смотрел на дом, точнее, что от него осталось. Сильный порывистый ветер распахнул полы его пиджака, и Салахов, запахнув их снова, застегнулся на несколько пуговиц. Резко развернувшись, он пошагал в сторону своего автомобиля.

Он ехал по центру города и смотрел за окно на серые многоэтажки, которые мелькали мимо него. За год ничего не изменилось, если не считать несколько отстроенных домов и магазинов на его земле. На земле Таира.

– Ахмед, пришли все?

– Да, полный совет. Не хватает только вас.