Тайны богинь (СИ)

— А ну прекрати, чудище лохматое! — беззлобно отозвалась Пелагея, грозя пальцем лающему Грому. — Им-то все равно на твою ругань, а у меня скоро уши отвалятся!

Гром на секунду замолчал, внимательно слушая пожилую женщину, смешно наклонив голову вбок, а потом снова загрохотал. Пелагея всплеснула руками.

— Вот останусь из-за тебя глухая, будешь знать! Да не найдут они нас, сколько тебе можно повторять, глупое создание!

Бывшая ворожея подошла к двери и открыла створку, желая выгнать громогласного пса на улицу. Ее взгляд упал на руну, нанесенную на деревянную поверхность. Обычно ярко-алая, слегка светящаяся и идеально ровная, сейчас она напоминала старый засохший и изрядно облупившийся рисунок, будто рисованный детьми. Старушка вздрогнула от увиденного и резко захлопнула дверь, так и не выпустив пса. Благо Гром успокоился — чужаки покинули лес. Он отошел к печке и завалился на коврик, нагло примяв внушительным телом Черныша. Тот недовольно мявкнул, но из-под пса выбираться не стал — чай зима на дворе, а вдвоем теплее. Но Пелагее от этого легче не стало. Женщина торопливо засеменила в свою комнату. Это было единственное помещение, куда она никого не пускала (кроме котов, разумеется). Даже Агата, жившая с ворожеей почти два года, ни разу не переступала порог. Зайдя в комнату, Пелагея выдвинула из-под кровати небольшой сундук и достала из нутра деревянную резную шкатулку с выжженной руной на крышке. Резко перевернув шкатулку, она вытряхнула на кровать содержимое. Это оказались пять оберегов, сплетенных из ярких шерстяных нитей: алый, фиолетовый, желтый, синий и зеленый. Пелагея дрожащими руками по очереди взяла каждый из оберегов в ладонь: погладила, сжала в кулак. Ее напряженное лицо разгладилось. Женщина сложила вещицы обратно в шкатулку и спрятала в сундук. Покинув комнату, она снова открыла входную дверь, внимательно разглядывая руну. Та ярко светилась алым, особенно выделяясь среди белоснежного зимнего пейзажа.

— Тьфу на вас, матушки! Пошутить вздумали надо мной? — тихо проговорила бывшая ворожея, а потом со вздохом добавила. — Иль я такая плохая уже стала?! Что скажешь, Гром?

Тот лениво гавкнул, словно говоря: «Не выдумывай, хозяйка! Ты у меня еще свежа и молода!». Пелагея ласково потрепала пса по загривку и последовала к большому столу, где уже подошло тесто, густой шапкой поднимающееся из миски.

— Приятного аппетита! — Служанка поставила на стол блюдо со стопкой румяных кружевных блинов. Небольшое помещение столовой сразу наполнилось запахом свежей выпечки.

— Ох, красота! А какие тоненькие! — восхитился король, беря с блюда верхний блин. Он свернул его, обмакнул в плошку со свежей жирной сметаной и отправил в рот. — Ммм, а вкуснятина! В первый раз Лизавета такие блинцы печет. Ну и выдумщица!

— Это Ее Высочество приготовила, — отозвалась служанка.

— Агата? Когда же она успела? — удивился Демьян, потянувшись за угощением. Но Михаил опередил его, легонько стукнув сына по руке и напомнив, что вперед батьки не лезут. Он стащил еще один верхний блин и макнул его в золотистый мед.

— Мы пришли утром, а Ее Высочество только-только закончила печь. Для вас готовила, а заодно и кухню всю накормила, — улыбнулась девушка. — Когда уходила, велела подать вам со сметаной, медом и вашим любимым клюквенным вареньем.

— Ну Агата, ну удивила старика! — поцокал языком король. Он взял еще один блинчик, щедро намазал его густым джемом из клюквы, скатал рулетиком и запихал полностью в рот, совершенно не стесняясь служанки. Та захихикала, пряча губы за ладошкой, а потом, уточнив у короля и принца: ничего ли им больше не требуется, поклонилась и удалилась. Мужчины остались в столовой одни.

— У твоей жены золотые руки! — проговорил король, уплетая очередной блин. — Даже моя бесценная Весея меня такими завтраками не баловала.

— И такое же золотое сердце, — вздохнул Демьян. — Какое утро я просыпаюсь, а рядом вместо жены на подушке записка.

— Сынок, твоя женушка стала сбегать из супружеского ложа! Я бы на твоем месте задумался — а все ты ли там делаешь правильно? — проговорил Михаил серьезно, а потом весело засмеялся над своей же шуткой.

Демьян с улыбкой покачал головой. Ему иной раз казалось, будто Пелагея и отец — разлученные в детстве брат и сестра — слишком уж они любили подкалывать родных. Принц сдержал свое слово, данное бывшей ворожее: он частенько посещал таинственный домик в Бесконечном лесу и помогал по хозяйству. Пелагея все-таки научила его доить корову Милочку и чистить трубу, а Демьян перестал попадаться на шуточки старушки. Ну почти перестал…