Таинственное кораблекрушение

Прирост населения Соединенных Штатов Северной Америки, путем ежегодно увеличивавшейся иммиграции итальянцев, представлял собой весьма нежелательное для правительства явление.

Больше всего иммигрировало сицилийцев, которые появлялись в хваленой стране свободы только за тем, чтобы в возможно короткий промежуток времени заработать возможно больше денег, а затем возвратиться к себе на родину.

В этом, собственно, нет большой беды, так как Америка, при всех своих несомненных превосходствах над другими странами, все-таки не может заменить родину всем тем пришельцам, которые приезжают в Новый свет.

Но дело в том, что итальянцы, не в пример представителям других народностей, охотно подчиняющимся правам и обычаям гостеприимной страны, ни на шаг не отступают от своих привычек.

Так, например, вспыльчивые сыны юга, при малейшем поводе пускают в ход кинжал или револьвер.

Мало того: иммиграция южных итальянцев перенесла в штаты все ужасы, творимые в самой Италии разными тайными сообществами.

Мафия, Каморра и "Черная рука", как именуют себя эти преступные союзы, представляют собой не что иное, как сообщества разбойников, грабителей, вымогателей и убийц, вызывающие повсюду ужас и страх своими деяниями.

Преступная деятельность этих сообществ вообще и членов "Черной руки", в особенности, так сильно развилась в Штатах, что в газетах появились уже особые рубрики, где изо дня в день сообщалось о злодеяниях этих преступных шаек.

Не проходило дня без какого-нибудь покушения или грабежа.

Полиция, конечно, пустила в ход все средства, чтобы положить конец этим ужасам, но преступники оказались хитрее всех сыщиков Нью-Йоркского полицейского управления.

После того, как все усилия властей не привели ни к чему, начальник Нью-Йоркской полиции вызвал к себе знаменитого сыщика Ника Картера, который взял на себя поручение уличить членов тайного сообщества и изучить его организацию, поставив лишь условием, чтобы никто, кроме самого начальника полиции, не знал об его намерении.

Ник Картер и его старший помощник Дик превратились в итальянцев, и знаменитому сыщику после долгих усилий удалось быть принятым в качестве члена одним из тех отделов союза "Черной руки", который раскинулся сетью по всему Нью-Йорку.

Ник Картер узнал, что во главе союза стоит разбитый параличом старик, по фамилии Беллини, у которого была красавица-дочь, ненавидевшая деятельность членов союза.

Затем Нику Картеру удалось арестовать всех членов одного из отделов и отправить их за решетку.

Были задержаны также главари этого отдела, некий трактирщик Меркодатти и какой-то неизвестный, именовавший себя Михаилом Пеллурия.

Сам Ник Картер, известный в отделе под именем Марко Спада, тоже был арестован и теперь сидел с этим Пеллурия в одной камере.

Арест Ника Картера, разумеется, был произведен полицией по его же собственному распоряжению, а в одну камеру с Пеллурия он сел потому, что надеялся выведать у того еще кое-какие тайны.

Таким образом, Ник Картер сидел в одной камере с Михаилом Пеллурия уже двое суток.

Поздно вечером явился смотритель и грубым тоном предложил узникам следовать за ним.

Под усиленным конвоем они прошли по коридорам подследственной тюрьмы на улицу.

У ворот стояла тюремная карета, в которую их заставили войти.

Дверцы захлопнулись за ними и тяжелая карета двинулась в путь.

Внутри кареты было совершенно темно.

Оба узника помолчали немного, тем более, что Пеллурия не знал, нет ли в карете еще полисмена. Наконец, он хриплым голосом спросил:

– Куда мы едем?

– Должно быть нас переводят в другую тюрьму. В какую именно, не знаю, но мы это увидим, когда будем вылезать из кареты.

– Почему нас не оставили там, где мы были?

– Вероятно, потому, что нас хотели разлучить с товарищами. Не забывайте, Пеллурия, что арестованы ведь все члены отдела.

Помолчав немного, Пеллурия задумчиво проговорил:

– Быть может, из другой тюрьмы нам скорее удастся бежать.

– Вы мечтаете о бегстве?

– Как не мечтать! Я только об этом и думаю с самого момента ареста!

– А составили ли вы уже какой-нибудь план? Вероятно, нет, а я вот уже додумался, каким образом надуть полицию.

– Неужели? И вы возьмете меня с собой, Спада?

– Понятно, возьму! Я никогда не оставляю своих друзей в беде!

– Стало быть, вы не ненавидите меня?

– А за что мне вас ненавидеть?

– А я-то думал, что вы ненавидите меня, полагая, что я действую за одно с Меркодатти. Помните, Спада, ведь мы подозревали в вас тайного уполномоченного самого Беллини, которому поручено укокошить нас за то, что мы ухаживали за его дочерью. Эта надменная девица и знать не хотела ни меня, ни Меркодатти, и мы боялись, что ее отец решил отправить нас на тот свет! Вот почему Меркодатти в ту ночь, когда вы в первый раз присутствовали на нашем заседании, хотел заставить вас признаться ему во всем!

– Вы сами видели, как я разделался с ним, помните? Но зачем же мне ненавидеть вас, Пеллурия? Напротив: если мне удастся привести в исполнение мой план, то вы будете свободны одновременно со мной!