Тайна за семью печатями

Глава 1

Пиво и торт - вот с чем у нормальных людей ассоциируется Прага. Но кто сказал, что я – нормальная? Этот прекрасный, старинный город вызывал у меня зевоту. Ведь опекуны высказали свое веское слово, и заперли нас с младшей сестрой в Карлов университет сразу после окончания школы. Я в пятый раз зевнула, изящно прикрыв рот ладошкой, как в исторических фильмах, и пустым взглядом уставилась сквозь древнего, как сам университет, преподавателя, что вещал нам прописные истины, стоя у исписанной мелом доски. Некстати мне вспомнился перл, высказанный Томашом, в первую неделю моего пребывания в этом чудном заведении:

- Почему, когда я поступал, мне никто не сообщил, что на филологическом надо так много читать?

- Потому что это было написано на дверях приемной комиссии. Ты просто не прочитал…, - кажется, Томаш цитировал какой-то известный сериал, который, как обычно, прошел мимо меня. Но посмеялись мы с одногруппницами тогда знатно. Томаш, он вообще, такой веселый, с ним не соскучишься…

Правда, я так и не смогла ответить на его вопрос, какого лешего меня понесло на социальные науки, тем более на экономическое отделение, если я ненавижу экономику до зубовного скрежета. Нет, не могу сказать, что я плохо учусь, или у меня возникли проблемы с поступлением, во время сдачи экзаменов. Я – твердая троечница. Во многом благодаря зеленым бумажкам с изображениями президента, которые мои опекуны щедро суют преподавателям, что не пали жертвой моих огромных, на первый взгляд таких наивных серых глаз.

«Ты же сиротка, бедная девочка…» - жалостливо щебетали мои будущие наставники точных и гуманитарных наук, с открытой душой и карманом принимая взятки и ставя зачеты автоматом. А на экзаменах тайком подсовывали листики с ответами. Уж переписывать я умею отлично, что там сказать… в общем, я поступила на экономический, хотя сейчас жалею. Лучше бы надавила на жалость и на журналиста пошла… там хоть повеселее было бы. Да и потом, можно на войну отправиться! Стать военным корреспондентом, прославиться…

«Посмертно, что ли, прославиться?» - Резко оборвала меня тогда Мария, мамина старшая сестра, всегда напоминавшая мне в общении строевого сержанта.

«Никакой войны, у вас, девочки, еще все впереди!» - Поддержал ее муж, которого я про себя прозвала «рохля». Мария ощутимо толкнула мужа в бок и сделала большие глаза, будто он сморозил какую-то глупость. «Ш-ш-ш, не пугай мне тут детей своими страшными сказками!» - Синтия, моя младшая сестренка, белокурый ангел во плоти, недавно отпраздновавшая свое шестнадцатилетие, хихикнула: «я уже не ребенок!». Я только улыбнулась ей в ответ – мне вчера стукнуло семнадцать, и я уж точно не считала себя ребенком. Я была готова к подвигам, закончив школу, поступить в университет! Ведь теперь мир должен быть у наших с сестрой ног – мы молоды, красивы, осталось продержаться всего два года, пока Синтия станет совершеннолетней, и мы бросим учебу, заживем так, как давно хотели. Без указок всяких там опекунов! Я рвалась к свободе, но понимала, что пока я и Синтия живем за счет четы Новак. Поэтому перестала выпендриваться и согласилась на Карлов университет и на экономические науки.

- Эй, Тьяна, идешь сегодня вечером на тусу? – Томаш возник из хитросплетений коридора, как по волшебству. Я закатила глаза, не подавая вида, что рада видеть старого друга. Мы с ним с первого курса вместе, грызем гранит науки! А еще иногда танцуем на дискотеках, зависаем в гостях у его многочисленной родни. Реально, у Томаша больше десятка двоюродных и троюродных братьев и сестер разных возрастов, и некоторые из них тоже учатся в нашем древнем, как моя жизнь, универе. Поэтому мы быстро нашли с ними общий язык. Каждый год кто-то из его родни клятвенно обещал провести нас с Томашем в святая – святых, на вечеринку пятикурсников. Но что-то постоянно мешало им выполнить это обещание. То кто-то экстренно, как назло, заболевал, то просто игнорировали наши «толстые намеки». Но в эту пятницу обязательно все получится! Все карты в наших с Томашем руках – старший двоюродный брат, которого в семье величают не иначе как «оторви и выбрось» уже скинул моему другу смс с «явками и паролями» - адресом шикарного двухэтажного особняка, где намечалось мероприятие. Проводил вечеринку один из «мажорчиков», как называл Томаш парней из компании своего брата. Я улыбнулась, вспоминая, как Томаш взахлеб рассказывал про то, как родители «мажорчика» уехали на неделю, и они могут тусить всю ночь. Я предвкушала веселье, и мысленно примеряла наряды. Выбирала прическу и макияж, когда злобный голос препода ворвался в мои розовые мечты:

- Тьяна Альстеир, повторите мой вопрос!