Тайна японской шкатулки

Только поздней осенью могут быть такие безрадостные серые дни. Рыжее пламя листвы потускнело, смылось холодными дождями, и от их нудной зябкости мог спасти теперь лишь любимый плед и жаркий огонь в сердце. Да, в такие дни оставалось только сидеть с горячей кружкой в руке, попивая какао, приготовленное заботливыми руками бабушки, и вспоминать: летнее солнце, сочную траву во дворе, яркие цветы в Лизиных руках и её весёлый смех…

Именно об этом думал Мишка, прижавшись лбом к мокрому стеклу. Там, за окном, бушевал ливень вот уже третий день подряд. И это было обиднее всего. И почему у них в школе каникулы бывают не в обычное время, как у всех, а по какому-то странному графику? Вот если бы они отдыхали в конце октября, когда в город вернулось лето, словно в насмешку над учениками Мишкиной школы! Как он завидовал тогда соседским мальчишкам! Их беззаботности, шумным радостным играм на улице и самое главное – возможности идти туда, куда тянет твоя душа. Вот сейчас Мишкина душа настойчиво звала его к маленькой зеленоглазой подружке, а он вынужден сидеть дома и смотреть в окно на этот мерзкий надоевший дождь!

Мишка вздохнул.

– Скучаешь? – По комнате пробежался ветерок, наполняя пространство лёгким ароматом сирени.

– Скучаю, пра, – ещё раз вздохнул мальчишка и обернулся.

Призрачная дама, его прабабка, сегодня была одета в невероятное по своему изяществу и роскоши платье, а на голове её сверкала самая настоящая корона!

– Ты прямо царица! – не сдержал улыбку Мишка. – По какому случаю наряд?

– По случаю моего дня рождения! – ухмыльнулась Прасковья Матвеевна и несколько раз перекувырнулась в воздухе.

– Ох! А я не знал! Поздравляю! Вот только подарка у меня нет…

– Подарки теперь, наоборот, я сама дарю! Ну, хочешь немного поразвлечься?

– Ещё как!

– Тогда айда за мной!

Призрачная сущность, совершив последний кувырок, самый головокружительный, растворилась в воздухе.

Мишка рассмеялся.

– Боюсь, что я не скоро так научусь, пра…

– Ой, я совсем забыла! – В воздухе проявилась сначала туманная рука бывшего врача, потом хитрые глаза, а следом и вся прабабка, с макушки до пяток. Но теперь короны на её голове не было, да и платье она успела заменить на роскошный костюм амазонки.

– Ну, пра, ты даёшь!

– Имею право! Итак, вперёд, мой мальчик, к новым подвигам!

И Прасковья Матвеевна устремилась к двери, за которой, предчувствуя скорую и не очень желанную встречу, разливался трусливым лаем Бонифаций, ещё один жилец этого дома.

Мишка, залпом допив какао, побежал за прабабкой.

Давненько он не поднимался на чердак! Собственно, он и был-то тут всего один раз, когда прятался от сестры Шурки во время игры. Именно тогда Мишка обнаружил на чердаке старый бабушкин сундук, а в нём – альбом с семейными фотографиями. Ничего больше в тот раз он не успел рассмотреть, потому что Шурка, обладающая чутким слухом музыканта, сразу же услышала его шаги над головой, и ему пришлось кубарем нестись вниз. А потом в Мишкиной жизни стали разворачиваться такие события, что стало уж, конечно, не до чердака с его тайнами, пропитанными ароматом времени.

И вот теперь эти тайны поманили его за собой, спасибо прабабке!

– Что это, пра? – Мишка удивлённо вертел в руках толстые конверты, подписанные твёрдой мужской рукой. Да, он сразу понял, что отправитель был мужчиной, причём молодым, не зря ведь младший представитель семейства Никитиных обладал волшебными способностями!

– Я обнаружила эти письма в тот день, когда впервые познакомилась с тобой. Ты помнишь?

– Ещё бы! Ведь тогда всё и началось! Василиса, Брестянка, наши семейные тайны, о которых раньше я ничего не знал…

– В этих письмах, дружок, найдётся ещё парочка таких тайн. Только на этот раз другой семьи.

– Какой? – удивился Мишка, невольно опуская конверты туда, откуда он их только что достал – в небольшую картонную коробку, покрытую толстенным слоем пыли.

– Семьи твоего отца! – хохотнула прабабка.

– Папиной!

Письма вновь очутились в мальчишеских руках.

– А ты их читала, пра?

– Так, заглянула одним глазом. Правым. Или левым, – Прасковья ухмыльнулась. – Я ведь тебе ещё в тот день хотела о них сообщить. Но нас тогда увлекла совсем другая история. Вот я и решила, что эти загадки подождут до лучших времён. А теперь эти времена настали, Мишка! Твоя подружка выздоровела, потомок Колдуна убрался восвояси, а на улице хозяйничает дождь – чем не отличный повод для того, чтобы приступить к разгадке новых тайн?

– Я думаю, что это прекрасный повод, пра!

– Тогда в добрый путь, дружок! Считай, что это мой тебе подарок к моему дню рождения!

Закружилась-завертелась туманная сущность, заискрилась смехом – и медленно растворилась в воздухе, оставляя после себя нежный аромат сирени.

– Спасибо, пра! – крикнул вдогонку Мишка. Но ответом ему была уже тишина.

Устроился он поудобнее в старом кресле, придвинув его поближе к чердачному окошку, и освободил из векового плена первое письмо.