Тайна старого компьютера

Что такое «Херувим»?

«Херувим» — это подразделение британской разведки. Его агентами являются дети в возрасте от десяти до семнадцати лет. Все «херувимы» — сироты, взятые из детских домов и обученные подпольной работе. Они живут в лагере «Херувим», скрытом в необжитых местах английской глубинки.

Какая польза от детей?

Очень большая. Никто не подозревает, что дети выполняют секретные задания, а это значит, что люди закрывают глаза на многие их проделки, которые не сошли бы с рук взрослым.

Кто они такие?

В лагере «Херувим» живет около трехсот детей. Наш герой — тринадцатилетний Джеймс Адамс. Он — опытный и авторитетный агент, за его плечами два успешно выполненных задания. Однако он, бывает, впутывается в неприглядные истории. У него есть младшая сестра Лорин, она заканчивает курс базового обучения в «Херувиме». Если она благополучно пройдет его, то получит право выполнять секретные задания. Керри Чан из Гонконга — признанная чемпионка по каратэ, подруга Джеймса. У Джеймса в лагере есть хорошие друзья Брюс Норрис, Габриэль О’Брайен и близнецы Каллум и Коннор Рейли. А самый лучший друг — Кайл Блумен, ему пятнадцать лет.

А что у них за футболки?

Цвет футболок, обязательных для ношения в лагере, соответствует положению «херувимов». Оранжевые футболки предназначены для посетителей. Дети, живущие в лагере «Херувим», но еще не достигшие возраста агентов, носят красные футболки. Голубые предназначены для ребят, проходящих тяжелый стодневный базовый курс обучения. После этого они получают серую футболку означающую, что ты стал полноправным агентом и можешь выполнять задания. Темно-синяя футболка, которую носит Джеймс, — это награда за выдающиеся успехи в операциях. Если твои дела идут хорошо, то к концу своей карьеры в «Херувиме» ты сможешь надеть черную футболку — знак наивысшего признания твоих заслуг. Повзрослев и покинув лагерь, «херувим» на прощание получает белую футболку; такие же белые футболки носят взрослые работники лагеря.

АВГУСТ 2004

На улице болтались без дела две тринадцатилетние девчонки в нейлоновых шортах, майках без рукавов и в шлепанцах. Джейн подпирала бетонную стену многоквартирного дома, в котором она жила, и периодически, лениво смахивала с потного лица прилипшие пряди волос. Ханна растянулась на каменном крыльце в паре метров нее.

— Не знаю, — буркнула Джейн.

Эти слова не имели никакого смысла, но Ханна их поняла. Летние каникулы были в разгаре, стоял безумно жаркий день. Две подруги маялись от скуки, изнывали от зноя и смертельно надоели друг другу.

— На них посмотришь — и то жарко делается, — сказала Ханна, глядя на стайку маленьких мальчишек, которые гоняли мяч на асфальтированной площадке метрах в двадцати от них.

— Да мы и сами не так уж давно тут бегали, — сказала Джейн. — Правда, в футбол не играли. Больше на велосипедах катались.

Мысли Ханны унеслись в прошлое, на губах выступила блуждающая улыбка.

— Гран-при на велосипедах «Барби», — мечтательно вздохнула она, вспомнив себя на маленьком розовом велосипедике. Она мчалась по мостовой, подскакивая на щелях между плитками, и белые спицы сливались в мутноватый круг. Бабушка Джейн неизменно сидела в шезлонге, не спускала с внучки глаз.

— Мы с тобой всегда требовали, чтобы у нас все игрушки были одинаковые, — поддакнула Джейн.

Но плавание по волнам воспоминаний было грубо прервано футбольным мячом. Он прошелестел по волосам Ханны и врезался в стену у нее за спиной, едва не зацепив Джейн.

— Ах, вы… — вскрикнула Ханна.

Она метнулась вперед и поймала мяч, запрыгавший вниз по ступенькам. Снизу к лестнице подбежал мальчуган лет девяти. Футболка с эмблемой «Челси» была повязана у него вокруг пояса, и при каждом вдохе можно было пересчитать выпирающие ребра.

— Отдай, — пропыхтел мальчишка и протянул руки, чтобы поймать мяч.

— Ты мне чуть в лицо не заехал! — разъяренно заорала на него Ханна. — Хоть бы извинился.

— Мы нечаянно.

К крыльцу стянулись остальные футболисты, рассерженные нежданным перерывом в игре. Ханна поняла, что удар был нанесен не нарочно, и собиралась уже отдать мяч, но тут один из мальчишек, он был самый крупный в своей компании, лет десяти, с коротко подстриженными рыжими волосами, нагло выкрикнул:

— Эй ты, жирная корова, отдай мяч!

Ханна раздвинула потные ряды футболистов и встала лицом к лицу с рыжим, крепко стиснув мяч в ладонях.

— А ну, Рыжик, повтори!

Ханна была на три года старше обидчика, гораздо выше и тяжелее. Рыжий только стоял, тупо глядя на свои кроссовки, а его товарищи ждали, не выдаст ли он чего- нибудь умного.

— Что, язык проглотил? — осведомилась Ханна, наслаждаясь мучениями Рыжика.

— Отдай наш мяч, — промямлил тот.

— Иди и возьми.

Ханна выпустила мяч из рук и наподдала его ногой. Всё вышло бы хорошо, будь на ней кроссовки; мяч стрелой полетел к воротам на противоположном конце площадки, и вслед за ним в небо воспарила сандалия.

Рыжий шустро подскочил и поймал сандалию в воздухе. Радуясь новообретенной власти, он ухмыльнулся, поднес сандалию к носу и принюхался:

— Фу, воняет! Ты когда-нибудь ноги моешь?