Тайна раскроется в полночь

Это дело с несколько жутковатым мистическим «отливом» дало знать о себе примерно за неделю, когда я благополучно завершала другое – дело о брачных объявлениях, о котором расскажу как-нибудь в другой раз.

В тот день я совершенно случайно встретила Митю Царькова – своего давнего приятеля времен студенчества, который давно благополучно живет и трудится в Германии. Разумеется, мы оба дико обрадовались встрече, наобнимались-навизжались и даже пару часов посидели в ближайшем кафе, бурно обмениваясь воспоминаниями о нашей сумасшедшей юности и последними новостями.

Стоял октябрь с его бесконечными серыми дождями, срывающими листву с деревьев и выстилающими этим золотым ковром мокрые мостовые города. Поздно светало, рано темнело – обычная осень с ее классическим настроением, движущимся в сторону тоски зеленой, и все сокращающимся световым днем, отчего порою отчаянно хотелось закрыть глаза на всю серость мира и, как медведь, отправиться в свою берлогу спать – до яркой и счастливой весны…

Мы с Митей выпустили весь бурный фейерверк своих впечатлений и эмоций, выпили каждый по пять чашечек ароматнейшего кофе, и уже под церемонию прощания (объятия, поцелуи, наилучшие пожелания, обмен номерами сотовых и электронными адресами) Митя вдруг взглянул на меня с легким интересным прищуром и заметил как бы между прочим:

– Дорогая моя, надеюсь, ты в курсе, что являешься практически полной копией знаменитой Софьи Златогорской: те же белокурые локоны, голубые, чуть удлиненные к вискам (русалочьи!) глаза…

– Спасибо за комплимент, дорогой Митюня, насчет русалочьих глаз – очень красиво, но вот кто такая ваша «знаменитая» Софья Златогорская я, говоря по-нашему, по-колхозному, понятия не имею.

Митя только расхохотался.

– Ну, разумеется, ты ведь у нас стопроцентный реалист и прагматик. А между тем обозначенная Софья Златогорская – основательница Всемирного теософского общества, адепт белой магии, автор целого ряда книг… В Германии последнее время многие буквально с ума по ней сходят, книги – нарасхват. И, знаешь ли, всю свою юность оная дама провела в нашем славном городе Тарасове, где ее дед был губернатором. Так что от всей души тебе советую: хорошенько поройся в своем гинекологическом древе – вдруг вы родня!

Разумеется, я тут же погрозила ему пальчиком (хорошая шутка – «перепутать» генеалогическое древо с гинекологическим), выслушала его ответный жизнерадостный гогот и пообещала непременно посоветоваться по данному вопросу… с гинекологом. На том мы и расстались.

И вот прошла неделя. В тот день я, успешно завершив очередное дело, на пару с клиентом подводила итог, так сказать, сводя кредит с дебетом, в ресторане «Каир». Клиент был на редкость жаден и расчетлив до мелочности, яростно отстаивал в буквальном смысле каждую свою трудовую копеечку, при всем при том благополучно проводя свои трудовые будни в золотых стенах центрального офиса Газпрома.

Выслушивая все его аргументы и цифры, которые он зачитывал мне из специального блокнота в солиднейшем переплете из крокодиловой кожи, скрупулезно перечисляя все мои траты по ходу дела, словно он лично следил за каждым моим шагом, я отчаянно сдерживала зевоту и, в свою очередь, мысленно подсчитывала стоимость нашего ужина с вином, потому как можно было заранее быть уверенной на все сто процентов, что когда официант деликатно положит на столик кожаную папочку с чеком, этот жадина непременно предложит каждому платить за себя.

Итак, наше не слишком веселое застолье наконец-то подошло к концу. Мы договорились об общей сумме оплаты моих трудов и расстались почти что друзьями, не считая того, что я только и мечтала поскорее проститься с этим газпромщиком и никогда больше не встречать его, образно говоря, на перекрестках моей судьбы.

Я чуть задержалась за нашим столиком, чтобы дать клиенту возможность покинуть ресторан первым. Вот тут, когда я уже со вздохом облегчения готова была подняться и проследовать на выход, ко мне внезапно и подошел тот мужчина, пока что совершенно безымянный, с несчастными светлыми глазами, постоянно меняющими свой цвет от голубого до серебристо-серого.

– Извините, – произнес он приятным негромким голосом, – ведь вы Татьяна Иванова, не так ли?

Кстати сказать, меня действительно зовут Татьяна Иванова, я – частный детектив из славного города Тарасова с весьма неплохой репутацией, что в самом буквальном смысле не дает мне времени и на минимальный отдых. Именно об этом я и подумала, как только этот светлоглазый мужчина завел свою милую приветственную речь. «Сейчас предложит мне очередное дело», – вяло предсказала самой себе я, мечтая лишь об одном: поскорее вернуться домой да залечь спать, если и не на всю грядущую зиму, то, по крайней мере, до завтра.

– Вы – частный детектив, и мне приходилось слышать о том, что многие уголовные дела в городе блестяще раскрываются нашей полицией по вашей прямой наводке, – продолжал мужчина.