Тайна авантюристки

© «Ліра-Плюс», 2014

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

Константинополь.

Полупьяная циркачка Зося направляется в кабак, за ней следует тенью тайный агент (Слуга Дьявола). В кабаке все мертвецки пьяны.

Вошедшая Зося всем демонстрирует крестик на груди, рассказывает, что ей его в память о папеньке подарила мать. От САМОГО… Царский! Она снимает крест, бросает, топчет ногами. Ей наливают выпить.

Агент, слышит её монолог, истерику, подходит, представляется воздыхателем, предлагает выпить с ним. Зося говорит, что русскую речь плохо понимает, хотя в крови именно эта кровь. Она, уже с гордостью, показывает на пол, где валяется нательный православный крест. Утверждает, что крест – память об отце от матушки, умирая, та надела на неё. Агент делает изумление на лице, даже предлагает, ей открыть тайну – крестика.

Моложавая женщина, похожа, скорее на девушку, в отчаянии шумит на весь кабак, что, как носительница этого креста, несёт на себе – большую тайну и ей никто не поможет в тяготах его носки. Она на свете одна – одинешенька. Мать умерла. Отец тоже. Признается, что не бедствует, денег порой так много, что «куры» не клюют. А, этот крест – её карма, довлеет над ней, нагибается, поднимает с пола, дает в руки агенту. Агент немеет от удивления. Личное клеймо Романовых.

Он предлагает ей свою помощь, обещая ее связать с одним человеком, кто знает – чей это крест. Просит подождать пару дней. Нанимает экипаж, уезжает к графу А. Орлову.

Уже через два дня, в кабаке к ней подходит адъютант графа Алексея Орлова, предлагает удалиться на пару часов, та, как всегда в стельку пьяная. Он к ней обращается по– польски. Это её приводит в себя. Спрашивает его, что пан поляк? Тот отвечает, что всё возможно.

Он настаивает на своём предложение. Зося боится, что он – агент из «полиции нравов», но все, же идёт за ним.

В сопровождении агента и адъютанта выходит из кабака, понимает, что повышенный интерес к ее особе, вызван, скорее – всего, из-за крестика.

Адъютант заверяет, что ничего плохого с ней не случится. Возможно в её судьбе поворот в лучшую сторону. Она попала под опеку влиятельных людей.

Граф Орлов встречает её, расшаркиваясь в любезности. Намекает на допустимое родство, на что указывает крестик. Спрашивает разрешения – посмотреть. Держит в руках. Именно такой он видел на Екатерине Второй, правда, тот был копия, настоящий ей не был передан Елизаветой.

– Откуда он у Вас?

– Мать отдала, недавно, перед смертью. Та сказала, что он приведёт к семье. Скорее – всего, от отца. Настоящего не знала никогда. Воспитал циркач.

Орлов столбенеет. Неужели перед ним дочь Петра!?

Заверяет её, что она попала в хорошие руки. Зося пьяная полушепотом, вслух, признается графу Орлову, что знала всегда, что она – царская дочь.

Орлов вверяет её в руки своего адъютанта. И настаивает на смене имени, нарекая её – Анастасией, хотя та хотела бы быть Елизаветой, но две дочери с таким именем, будет попахивать ложью. А. Орлов ее тут, же осаживает, просит сделать из неё ДАМУ. Через неделю к нему на показ.

Тот заверяет Зосю в понимании и вере в искренность слов, обещает из неё сделать принцессу. Новое имя для звучности на русский манер, она принимает с легкостью. Не в первой…

Та смекает, что к чему и входит в игровую ситуацию, что предлагает ей судьба.

Адъютант Орлова в свою очередь просит рассказать ему о себе всё до мелочей, выложить всю подноготную, иначе он ей не сможет помочь в восстановлении справедливости. Она должна явиться скоро: чудом – царской дочерью.

Зося включает всё свое воображение, начинает рассказывать невероятное, свои «воспоминания» из детства. Что рождена сущим ангелом, мать растила, лелеяла, оберегала, хотя всё в жизни было наоборот.

При рассказе пьёт периодически ром, от этого рассказ, становится, ещё более хлёстким, интригующим. Прошла через лихолетья, выстояла…