Сыщики в белых халатах. Следствие ведет судмедэксперт

– Доктор, скажите, папу моего убили, да? – спрашивает зашедшая в отделение молодая и заплаканная девушка.

– Кто это вам сказал? – с изумлением спрашивает судмедэксперт.

– Ну у него же кровь на лице была! – И Эксперт объясняет и причину смерти, и происхождение крови.

– Товарищ Эксперт! Мы в десять часов будем дедушку из морга забирать, так вот что бы в это время…

– Простите, но в десять вы не сможете забрать, потому что… – и Эксперт объясняет, что вскрытия уже́ расписаны, и он успеет только в 14 часам. Скандал… Жалобы…

Плачущая женщина с девочкой лет пятнадцати протягивает бумаги. Читаю: «Несовершеннолетняя И. направляется для определения половой неприкосновенности и половой зрелости». Женщина сквозь слезы поясняет: «Ну да, дочь у меня… еще та… не уследила, но поймите, Доктор, как только она стала жить с парнем (парню 23 года), она изменилась в лучшую сторону, она стала женой, она за ум взялась, а если его посадят, то девочка покатится по наклонной…»

– Сынок, – это уже старенькая бабушка пришла, – ты уж сильно-то не режь моего деда, старенький он уже… – И ты объясняешь ей, что деда ее убили и вскрывать будем по полной программе…

Люди, люди, люди… Идут в морг, идут в отделение судмедэкспертизы за советом, идут с просьбами, с жалобами, иногда с благодарностями, а иногда и с угрозами.

– Ты че, баклан? Тебе же сказали, что б не умничал? Сказали? А ты че написал, что его удавили петлей. Мы же тебе сказали, что он повесился сам. Какая тебе разница? Ну, гад, держись…

И так целый день. Люди идут в морг или – так более благозвучно – в отделение судебно-медицинской экспертизы каждый со своим горем, и все выплескивают его на врача. И врач-судмедэксперт становится для одних людей частичкой этого горя или даже символом. А для других – утешителем и гореутолителем:

– Доктор, скажите, а папа сильно мучился, ему очень больно было, когда он, ну… это… умирал?

И какая бы травма у погибшего ни была, ты отвечаешь (ты обязан это сделать!):

– Нет, что вы. Он умер мгновенно и не то что не больно, он даже не понял, что умер…

Ну или примерно как-то так.

И люди благодарят, им хоть чуть-чуть, но становится легче. Потом, со временем, когда боль утраты уляжется, они поймут, что дядя эксперт их просто успокаивал. И тогда сквозь туман слез, застивший глаза, они скажут:

– Спасибо, Доктор!

Летом районная больница пустеет. Значительная часть медицинского персонала пребывает в отпусках. Коридоры тоже не ломятся от наплыва посетителей. Населению болеть некогда, ибо день год кормит. Все либо работают, либо отдыхают вдали от стен означенной больницы. Зато осенью! Когда уберется урожай с полей, а дары подсобного огорода окажутся в закромах! Вот тут-то берегись, больница, трепещи, персонал! Ее коридоры становятся подобны автобусам в часы пик. У всех срочно – и одновременно! – обостряются старые болячки и пышно расцветают новые недуги, заработанные в ожесточенных битвах за урожай…

Судебно-медицинский эксперт, как известно, в больнице не работает и деньги получает не «от главного врача», а из Областного Города. Вот только когда он совмещает патологоанатомом в больнице, тогда… Морг-то общий, больничный! И еще: в работе районного судмедэксперта имеется один плюс. Его объемы работы всегда распределены неравномерно. То он неделю, две, а то и три трудится, не разгибая спины. В такие дни на Эксперта валится все: живые граждане на собственных ногах несут побои своих тел – мол, освидетельствуйте. Другие граждане несут на носилках уже мертвые тела, ибо таковыми они стали потому, что не пережили такие же побои и умерли. В эти дни не то что сходить куда-то, но зачастую и чаю испить некогда.

А потом вдруг наступает затишье – в отделении нет никого. Потоки живых и мертвых граждан иссякают, почему так бывает – никому не ведомо. И в такие дни Эксперт, доделав за пару дней неотложные дела, идет к друзьям – врачам районной больницы. И вот когда в летние месяцы она пустеет, в больнице иногда случаются чудеса…

Как-то в жаркий летний день маялись в поликлинике относительным бездельем два доктора – судмедэксперт и психиатр. Уже и чаю попили, и в больничной роще погуляли, а потом занесло их в холодок и располагающую к неторопливой беседе полутьму рентгенкабинета. Там уже совсем было наладился конструктивный диалог о… многом, но тут привезли больного с острым психозом, и психиатр – столь необходимый член широко известного, народного триумвирата выпал из процесса, оставив вдвоем хозяина кабинета и бездельника Эксперта.