Святой против Треугольника

в которой речь идет о трех удачливых бандитах и Треугольнике из Лас-Вегаса

Человеку непосвященному могло показаться, что Саймон Темплер, по прозвищу Святой, в течение всей своей кипучей жизни притягивал к себе авантюры, как громоотвод молнии, а опытный обольститель – красивых девушек.

На самом же деле присутствовала некая глубинная связь между ее величеством Авантюрой и Саймоном Темплером – само существо его было настроено на поиск вышеупомянутой Авантюры, где буква А – величиной с гору.

Кстати, о горе: странная ситуация, в которой оказался Треугольник, потому и сложилась, что величественные и дикие горы существовали и были почти безлюдны.

Собственно авантюра, в которую Мэри Грин вовлекла Святого, началась лет за семьдесят до того, как Треугольник обрел солидную репутацию в Лас-Вегасе. Да не представится читателю Мэри Грин в образе бабки, седой и старой, которая собирается прожить сто лет исключительно затем, чтобы проверить, правду ли сказал дантист, что ее челюсть будет существовать столько же, сколько и она сама. Напротив, Мэри Грин была прелестна: ее бирюзовые глаза таили в себе тот особенный отблеск неба, который так часто встречается на портретах работы итальянских мастеров. Но к этому мы еще вернемся.

Семьдесят лет унылая дорога связывала пустыри Карлстона с мрачными нолями лавы – Продолжением Долины Смерти на южной границе Невады и Калифорнии. Какое-то оживление внесла в этот регион война. В те времена редкие смельчаки рисковали забираться сюда, конечно же, на лошадях, а не пешком. Не чаще одного раза в месяц отправлялся из Вирджиния-Сити дилижанс. Проезжая мимо озера Валтер, минуя деревянные и каменные бараки в Каисларе, он оставлял за собой лагуну и внезапно оказывался во власти раскаленного камня, красного песка, палящего солнца и одиночества. Путешествие в этих местах было достаточно рискованным, и не только оттого, что лошадь могла пасть, колесо сломаться, а возница внезапно сойти с ума. Если дилижансу удавалось преодолеть все трудности пути и он все-таки въезжал в Барстоу на реке Мози, путешественников встречали радостными криками и свистом, поздравляли, поили и кормили.

Однако чаще дилижанс не прибывал, и это никого особенно не беспокоило. Телеграфной связи еще не было, мысль о спасательной экспедиции как-то никому не приходила в голову, да и кто мог бы точно сказать, отправился ли дилижанс вообще.

Но те трое, укрывшиеся в скалах, как в крепости, знали, что дилижанс вышел и что отправлен он с единственной целью – доставить в Барстоу изрядную сумму из Вирджиния-Сити. Надо сказать, что именно данное обстоятельство делало джентльменов терпеливыми. Происходило это за семьдесят лет до того дня, когда биограф Саймона Темплера приступил к его жизнеописанию, и конечно же, эти трое не могли и помыслить, что акция, которую они собирались осуществить, будет иметь такое продолжение.

Их лица были укрыты черными платками и широкополыми шляпами, из-за пояса с кобурами выглядывали рукоятки револьверов крупного калибра. Лошади этой загадочной троицы были привязаны за скалами несколько поодаль с притороченными к седлам мешками.

После целого дня ожидания, когда уже спускались сумерки, в лучах заходящего солнца наконец показалась повозка, запряженная четверкой лошадей. В повозке сидели двое: возница, как и полагалось, держал вожжи, а охранник дремал, придерживая коленями ружье, и голова его безвольно покачивалась из стороны в сторону. Проснулся он слишком поздно: трое бандитов стащили его и возницу на землю и, вскочив в дилижанс, уже настегивали лошадей, увозя добычу.

Грабители остановили взмыленных лошадей часа через два, когда уже совсем стемнело и ехать дальше стало опасно. Почти не спали, сменяя друг друга, боясь всего и помня случаи, когда по нескольку раз воры обворовывали друг друга и мешки с деньгами переходили из рук в руки.

На рассвете они продолжили путь, отлично ориентируясь на местности и почти не разговаривая: план был разработан давно, и обсуждать было нечего. Дилижанс почти не оставлял следов на каменистой дороге. У входа в узкий каньон они остановились. Один, высокий, похожий на хищную птицу, – очевидно, главарь, – внимательно осмотрел окрестности. Другой слушал, приложив ухо к земле.

– Никого, – решили они и въехали в каньон.

Они оставались там целый день, а уходя, увели с собой выпряженных из дилижанса лошадей. Еще через день они зарезали лошадей и уже мертвых утопили в озере.

– Главное сделано, – сказал главарь. – Теперь...

– Каждый в свою сторону, – сказали другие.

Они разошлись, не взяв денег, а ведь именно из-за денег оставили на мучительную смерть тех, привязанных за скалами трех лошадей, обрекли на гибель возницу и охранника и напоследок зарезали и утопили четверку лошадей из упряжки.