Святой (ЛП)

Перевод группы

t. me/darksoulbooks

Всем хорошим девочкам, которым просто нужен плохой мальчик в их жизни.

Это для вас.

Глава 1

НОКС

Забавно, как травка, пиво и хорошая компания могут заставить все ваши проблемы исчезнуть. Зейн и Гейдж сидят рядом со мной, смеясь, пока Стоун пытается удержать пустую бутылку на голове. Он настолько под кайфом, что даже не понимает, когда она падает на пол и разбивается, продолжая пытаться оставаться совершенно неподвижным, его глаза закатываются, когда он пытается посмотреть на нас.

— Ты идиот. Убери это дерьмо, — говорю я ему, и только тогда он замечает беспорядок, который он создал.

— О, черт. Когда это произошло?

Зейн допивает остатки своего светлого пива — такая киска — и бросает его в Стоуна. — Уравновесь это, сука.

Как обезьяна, делающая трюки, он смотрит на него, но затем берет банку, чтобы сделать именно то, что ему сказали. Я вздыхаю и потираю лоб. Мне действительно нужны новые друзья.

Быстрый стук во входную дверь отвлекает мое внимание от циркового представления передо мной. Я стону, встаю и иду к ней. Еще один резкий стук раздается как раз перед тем, как я туда добераюсь.

— Я иду! — Кричу я. Иисус, блядь, Христос.

Я открываю дверь с хмурым выражением лица, но как только я смотрю на зрелище передо мной, оно исчезает — вместе с моим кайфом. Грейсон Хейворт — Красавчик, как мне нравится его называть, — стоит на моем крыльце. Его одежда окрашена в темно-красный цвет, кровь покрывает почти каждый дюйм его тела. Ярость волнами исходит от его тела, когда он хватается за свои каштановые волосы. Он может быть кем угодно, но слабым не является одним из них. Тот, кто привел его в это хаотичное психическое состояние, должен укрыться, если он уже не лежит где-то на кусках.

— Что, черт возьми, с тобой случилось?

Он качает головой. — Мне нужна твоя помощь.

***

Я резко просыпаюсь, тяжело дыша и обливаясь холодным потом. Мои глаза обшаривают темную спальню, когда мое дыхание начинает успокаиваться. Отсутствие света, проникающего через окно, говорит мне, что все еще середина ночи. Конечно.

Выскользнув из постели, я иду на кухню, игнорируя маму, когда беру пиво из холодильника. На ее лице запечатлена озабоченность, и я уже могу сказать, что она борется между тем, чтобы заниматься своим делом и задавать вопросы. Она выбирает последнее.

— Все еще снятся кошмары?

Я пожимаю плечами. — Что-то вроде этого.

Тот факт, что это намного больше, чем плохой сон, — это не то, что ей нужно знать, и ей не нужно знать, о чем это. Черт возьми, единственная чертова причина, по которой она знает, что что-то не так, это то, что этот дом маленький, как дерьмо, и иногда она слышит, как я кричу во сне. Слава богу, она не смогла этого понять.