Сводные. Игра в ненависть

Пролог. Дорогой дневник, мой брат идиот!

/Ульяна/

Три года назад

– Что ты забыл в моей постели, Чадов?

Боже-боже, перемотайте время назад и я спрошу как-то иначе. Правило номер один – никогда и ни при каких обстоятельствах не употреблять в обществе Демьяна Чадова двусмысленные фразочки. Он же мигом всё опошлит!

– Не переживай, Егорова. Малолетки не в моём вкусе.

Что и требовалось доказать. Просто конченный неандерталец.

Я только приехала домой после прогулки и стояла сейчас в своей комнате, чувствуя себя при этом словно в гостях. А всё потому, что Демьян вальяжно развалился на моей любимой кровати, заправленной пушистым розовым пледом, листая до боли знакомый скетчбук с единорогом.

Было во всём происходящем нечто противоречивое. То ли его присутствие, то ли слишком дикое для этого парня занятие. Вернее, это Демьян дикий. Ведь прежде никогда не замечала, чтобы Чадов читал что-то серьёзнее ленты новостей в соцсетях.

– Занятная вещица, – хищно усмехнулся он, так что моё сердце от страха пропустило пару ударов. – Как тебе это? «Итак, сегодня мы с мамой познакомимся с моим сводным братом. Интересно, я…»

Зажала уши руками, не желая больше слушать, что там дальше. Наизусть знала каждое последующее слово, что захотел озвучить этот невозможный тип.

Мой личный дневник! Как он посмел?! А самое главное, откуда Чадов взял его?!

– Положи на место, – старалась произнести это как можно спокойнее и ничем не выдать своей паники, что накатывала десятиметровыми волнами цунами.

Для каждой девочки личный дневник – это что-то тайное, сокровенное. То, о чём никто не должен знать. Неспроста же я прячу его в укромной нише за тем дурацким натюрмортом с персиками? Во-о-о-т.

Настоящий ночной кошмар вдруг увидеть любимую и дорогую сердцу вещь, наполненную собственными переживаниями, эмоциями и мыслями в чужих руках. В особенности, если речь идёт о клешнях Чадова!

Ненавижу этого засранца.

Самоуверенного и наглого мажора, которому плевать на всех вокруг, кроме себя любимого. Эгоистичный хам, наглый и циничный грубиян, по которому почему-то пищат девчонки. Ну, мне так показалось. И как ни крути, а внешностью его природа одарила с избытком.

Даже моя единственная подруга по поводу и без Чадовым восторгается. Ах, Демьян чудо! Ай, Демьян лапушка! Красивый, таинственный, умный и вообще не такой, как другие парни.

Только я знала, что Чадов – настоящее чудовище, посланное в этот мир, чтобы уничтожить меня. Он всегда намеренно цеплялся ко мне, унижал и при любом удобном случае пытался задеть. Я почти как Золушка! Только у неё были сводные сёстры, а у меня один братец. Но, хочу заметить, Демьян стоил Анастасии и Гризельды вместе взятых и перемноженных на двое… на трое, да!

– Отдай его мне, Чадов! Живо!

– В чём дело, мелкая? – только усмехнулся в ответ гад. – Очень важная вещь?

– Верни! – сердито процедила сквозь зубы, начиная терять терпение.

– А если нет, то что?

Ментально я уже стащила Чадова со своей кровати и вышвырнула в коридор. И, может быть, спустила с лестницы. Но где я и сводный нахал? Высокий спортсмен крепкого телосложения с рельефными мышцами во всех нужных местах. К такому в тёмной подворотне ни один хулиган не подойдёт. И я – худышка, метр шестьдесят вместе с гривой густых шоколадных волос.

Значит, остался только план «Б» – перо бьёт сильнее меча.

– Чадов, это моя комната, моя постель и…

Демьян стремительно вскочил с кровати и за пару больших шагов приблизился ко мне. Прижал меня к стене своей огромной рукой, которой можно запросто свернуть чью-то толстую шею ну или отправить взрослого мужика в полнейший нокаут. В общем, его конечность внушала очень много опасений.

– Запомни, тут нет ничего твоего, гном! – со злостью выплюнул Демьян.

Его ноздри раздувались от ярости, словно он свирепый дракон, собирающийся спалить меня заживо.

Инстинкт самосохранения? Нет, не слышала!

– Это такой же мой дом, как и твой! – я оттолкнула его от себя и уверенно скрестила руки на груди.

– Только потому, что Диана спит с моим папашей? – с насмешкой поинтересовался Демьян. – Ненадолго, мелкая. Через пару лет она ему надоест и вас обеих вышвырнут отсюда, как переработанный материал. Уяснила?!

Где-то тут стоило остановиться и прекратить наши словесные баталии, но чеку с ментальной гранаты сорвало с концами.

– Не смей так говорить про мою маму! – сжала руки в кулаки.

– Она лишь жалкая пародия на единственную женщину, которую любил мой отец. Диана никогда не сможет заменить её. Но вам не привыкать, да? Заранее пакуй вещички, сестрица.

С этими словами он вернул мой дневник, больно впечатав скетчбук в рёбра.

– Пошёл ты, Чадов! – вскрикнула я со слезами на глазах.

– Давай, пожалуйся мамочке и валите нафиг из моего дома, – он усмехнулся, окинув меня своим привычным пренебрежительным взглядом из серии: «Ты грязь под моими ногами, не мешайся».

Глубокий вдох…