Свидание на Елисейских полях

Джорджия сразу же поняла, кто этот темноволосый незнакомец, хотя раньше никогда его не видела. Конечно же, француз. Никаких сомнений. В глубине души она даже слегка запаниковала.

Он сидел на деревянной скамье напротив дома, под восхитительным куполом из живых глициний, цветущих в апреле. И хотя мужчина, несомненно, дожидался именно ее, он, казалось, не заметил неожиданного появления Джорджии, склонившись над газетой, лежащей на коленях.

Что ж, у нее по крайней мере минутное преимущество. Расправив плечи и глубоко вздохнув, Джорджия отворила калитку и ступила на дорожку, усыпанную гравием.

— Чем могу помочь? — произнесла она сдержанно, шагая навстречу незнакомцу. Да кто он, собственно, такой, чтобы чувствовать себя у нее в саду как дома? Мужчина сразу же поднял голову, поспешно сложил газету и бросил ее на скамейку. Затем, словно не замечая недовольного выражения ее лица, пружинисто поднялся, как бы нехотя улыбаясь.

— Enchante, mademoiselle^[1]. Меня зовут Жан-Клод Лассаль.

Как только он взглянул на нее, Джорджия остановилась словно вкопанная, внезапно забыв свои недавние гнев и испуг и едва не задохнувшись. За всю свою сознательную жизнь девушка не встречала столь великолепного мужчины.

Он был высок, с худощавой и мускулистой фигурой, лет тридцати с лишним, в дорогом голубом костюме. Казалось, энергия буквально бьет в нем ключом. Каждой клеточкой он излучал силу и какие-то волнующие и удивительные импульсы. Джорджия не осталась к ним безучастной. Этот мужчина, видимо, был рожден покорять прекрасный пол.

— Простите меня за вольность, но скамья так манила, что мне не захотелось ждать снаружи.

Пока он произносил эти слова, его взгляд пробежался по ней. Быстро. Оценивая каждую деталь ее овального лица: бледную нежную кожу, большие карие глаза цвета лесного ореха и — по мнению Джорджии — слишком крупный рот. Рассмотрел, казалось, каждую прядь ее блестящих волос цвета красного дерева, мягко ниспадающих на плечи.

Оценена единственным быстрым взглядом! Держу пари, он даже заметил, что я завиваю ресницы, подумала она удрученно. А когда взгляд Жан-Клода заскользил ниже, у Джорджии появилось впечатление, что он рассмотрел и то, что было под ее облегающим светло-вишневым шерстяным костюмом! К своей досаде, вся она жарко вспыхнула.

Как тебе не стыдно, Джорджия! — прошептала она себе. Ты должна быть сердита на этого француза, вместо того чтобы млеть под его взглядом!

А тот остановился перед девушкой, протягивая руку, и наконец пришел черед Джорджии рассмотреть незнакомца поближе; однако она была намного осторожней в своих исследованиях, нежели ее нежданный гость. И первое, в чем ей пришлось себе признаться: вблизи Жан-Клод Лассаль казался еще более привлекательным — хотя вряд ли это было возможно.

Его загорелое лицо с классическим носом и четко очерченным ртом притягивало взгляд, а глазам, которые оказались не карими, как поначалу решила Джорджия, а изумительно темно-синими, окаймленными длинными ресницами, позавидовала бы любая женщина. Его черные волосы, небрежно свисавшие на лоб, казались шелковыми.

Джорджия подала ему руку, и он сжал ее ладонь сильными, холодными пальцами в рукопожатии, от которого ее пронзил волнующий разряд.

— Рада познакомиться, — услышала она словно со стороны свой голос. — Меня зовут Джорджия Ди.

— Да, я знаю, кто вы. — Синие глаза улыбались. — Я отниму у вас несколько минут. Я хотел бы обсудить с вами очень важный вопрос.

Английский Жан-Клода, приправленный восхитительным французским акцентом, был великолепным, а его ленивая, теплая улыбка — соблазнительной и греховной. Джорджия взглянула на него и почувствовала, как внутри все похолодело. Она уже почти хотела сказать, что готова обсуждать с ним все что угодно.

Почти! Джорджия мысленно задала себе хорошую взбучку. О чем она думает? Неужели забыла, что это за человек? Она что — сошла с ума, позволив себе соблазниться красивым лицом и легкомысленной улыбкой? Девушка высвободила руку и отступила на пару шагов назад, так как гнев и страх в одно мгновение вернули ее к реальности.

Она окинула лицо гостя подозрительным взглядом.

— Ведь это вы разыскивали меня днем в магазине?

В то время Джорджия ненадолго отлучалась, чтобы перекусить, а когда вернулась, Кэй, ее помощница, рассказала о таинственном иностранном визитере. Он не сообщил Кэй, зачем ему понадобилась хозяйка магазина, но Джорджия и сама без труда обо всем догадалась и до конца дня была не в состоянии думать о чем-либо другом.

А сейчас, затаив дыхание, она слушала, как Жан-Клод отвечает на ее вопросы: