Свет звезды

Джорджия, 1836 год

Лучше умереть, чем жениться на ней. Астон лихорадочно всматривался в лица мужчин, наставивших на него дула винтовок.

– Позволь мне убить его, отец, – сказал Джош. – Мне нет еще шестнадцати. Меня не повесят.

– Меня тоже не повесят, – не спеша ответил ему отец.

– Она лжет! – снова запротестовал Астон, дрожа от ярости. – Это не мой ребенок! Клянусь, я никогда не дотрагивался до нее.

Астон взглянул на самоуверенную девушку, стоящую рядом со своим отцом. Ее беременность нельзя было не заметить, и нетрудно догадаться, почему она обвиняла в этом именно его: отец Астона был самым состоятельным человеком в округе.

При выезде из города Астон попал в засаду и под дулом ружья Дювей Тэлбот и его сын Джош привели его в церковь. До Астона доходили слухи о том, как свободно Теодора Тэлбот распоряжалась своим телом. И это не было ему безразлично. По правде говоря, он предполагал, что когда-нибудь очередь дойдет и до него. Но этого так и не случилось.

– Она предупредила нас, что ты не признаешься, – сказал ее брат, подняв ружье чуть выше и прицелившись Астону в грудь.

– Другого я и не ждал. Они никогда не признаются, – добавил ее отец, снова переводя взгляд па Астона. – Но ты все равно женишься на ней. Я не позволю, чтобы ты погубил мою дочь и оставил щенка, которого мне придется кормить. Сейчас же ты скажешь: «Я женюсь» – или я спущу курок и забрызгаю твоей кровью всю церковь.

Астон сжался внутри, услышав щелчок взводимого курка, и обернулся к своей единственной надежде. Священник с дрожащими от страха губами съежился за алтарем. Его взгляд нервно перескакивал с девушки на ее брата и отца. Астон понимал, что священник чувствует себя не лучше, чем он сам, но решил попытать счастья еще раз.

– Скажите им, что они не могут заставить меня жениться на ней, – попросил он.

– Я... он... он прав... – прошептал, запинаясь, священник.

Отец Теодоры подвел дуло ружья к уху священника.

– Думаю, что тебе лучше не произносить ничего, кроме брачных обетов. Давай принимайся за дело.

– Говорю вам, она лжет, – снова запротестовал Астон, обезумев от того, что ему не верят. – Она была со многими парнями, но я не...

Прикладом ружья Джош ударил Астона по лицу, отбросив его назад. Искры посыпались из глаз. Он застонал, от боли в голове потеряв равновесие.

– Не говори так о моей сестре. Она не шлюха. – Джош взглянул на отца. – Давай я убью его, папа, – сказал он снова.

Удар по голове успокоил Астона – он осознал, что никакие разговоры не помогут ему избежать женитьбы. Тэлботы решили, что Теодора говорит правду, а он лжет. Астон не верил, что отец Теодоры может застрелить его, но Джош молод и глуп, он вполне может нажать на курок. Женитьба на несчастной оборванке не была тем, о чем мечтал для себя Астон в семнадцать лет, к тому же он был уверен, что Теодоре не больше четырнадцати.

Но Астон понимал, что покинет церковь либо женатым, либо мертвым. Другого выбора не было. Он глубоко вздохнул и решил, что лучше жениться. Повернувшись к священнику, он пробормотал:

– Я женюсь на ней.

Полностью овладев собой, Астон стал слушать священника и вовремя произносить нужные ответы, пока его не объявили мужем молодой девушки с темными спутанными волосами.

Дювей Тэлбот швырнул Астону маленький узелок тряпья.

– Она твоя. Веди ее к себе домой.

Он перевел свои прозрачные голубые глаза на Теодору.

– Я поступил так, как угодно было Господу. Я заставил его жениться на тебе, но теперь с тобой покончено, Я не хочу тебя больше видеть.

– Папа...

Дверь церкви с шумом распахнулась. Говард Ратледж и трое его людей ворвались внутрь, держа наготове ружья. Джош поднял свою винтовку.

Увидев страх в глазах Джоша, Астон поспешно оттолкнул Теодору, пытаясь остановить ее брата.

– Не стреляй! – закричал он, но его слова утонули в оглушающем грохоте винтовки, принадлежащей одному из людей отца Астона. Пуля пронзила Джошу грудь.

– Нет! – вскрикнул Дювей, увидев, как его сын отлетел назад и рухнул на пол. Дювей поднял свое оружие, но три пули пронзили ему грудь и живот до того, как он успел выстрелить. Он выронил винтовку и повалился на пол.

Теодора закрыла уши руками и закричала, отскочив в дальний угол церкви. Упав на колени, она захныкала:

– Не стреляйте в меня! Папа заставил меня сказать, что это ты. Не стреляйте!..

Астон выхватил винтовку из рук одного из мужчин.

– Никто тебя не тронет, – сказал он Теодоре и склонился над ее отцом и братом.

Оба Тэлбота были мертвы. Астон взглянул на своего отца и мужчин, которых знал всю свою жизнь. Его била дрожь, подступала тошнота.

– Зачем вы стреляли? – заорал он на них.

– Этот мальчик прицелился, сынок. Если бы остался жив он, погибли бы мы.

Астон вздрогнул и покачал головой, не желая верить в то, что произошло.

– Джош просто не понимал, что делает, – сказал Астон, пытаясь оправдать юношу.