Свет твоей любви

«Каждый хочет быть артистом, но великий артист может прийти из ниоткуда».

– Так, теперь Демидова! Екатерина, прошу вас. Что нам покажете?

Екатерина Демидова. Девочка 18 лет. Пробует поступать в театральный институт имени Бориса Щукина при Государственном академическом театре имени Евгения Вахтангова – высшее учебное заведение в Москве, готовящее специалистов по актёрскому искусству (специализации «Актёр драматического театра и кино», «Актёр музыкального театра») и режиссуре театра (специализация «Режиссёр драмы»), магистров по направлению «Театральное искусство» и кадры высшей квалификации по направлению методология и технология профессионального образования «Театральная педагогика» (аспирантура).

– Я вам представлю отрывок из поэмы «Слова о полку Игореве» – «Плач Ярославны».

– Пожалуйста, демонстрируйте!

– Над широким берегом Дуная,

Над великой Галицкой землёй

Плачет, из Путивля долетая,

Голос Ярославны молодой:

«Обернусь я, бедная, кукушкой,

По Дунаю-речке полечу

И рукав с бобровою опушкой

Наклонясь, в Каяле омочу.

Улетят, развеются туманы, …

– Так, стоп-стоп! Слабо! Следующий! У вас недостаточно таланта, девушка!

– Ну, Владимир Антонович. Я… Я, – Катя не на шутку начала плакать прямо перед приёмной комиссией.

– Я понимаю. Вы готовились. Вы учили. Но, нет.

Расстроенная Катя покидает залу.

– Девушка! Екатерина! Погодите! – её окликнул чей-то высокий голос не молодого мужчины.

– Меня зовут Макеенко Владимир Павлович. Сожалею, что экспертная комиссия вас завалила и не пропустила. Вот вам визитка.

Катя приняла в руки бумажную карточку.

– «Авиловцы». Что это?

– Этот театр возник 7 лет назад. Художественный руководитель – Авилов Виктор Васильевич. Пару лет назад отказал мне в приглашении его на главную роль в моём фильме. Думаю, вам он не откажет. Это самое малое, что я могу для вас сделать!

– Ну, что мне ему сказать?

– Скажите, как есть. Он человек – понимающий, он не откажет Вам. Будьте уверены. Прощайте! И удачи!

И Владимир Павлович покинул растерянную, но заинтересованную Катю. Она ещё раз тихо произнесла, глядя на визитку:

– «Авиловцы».

Она сразу пошла в этот спектакль, что находился на Патриарших под номером 13. Везде было шумно, видимо было какое-то мероприятие. Но, как он выглядит-то? Повсюду были фото и афиши на стенах.

– Ах! – воскликнула Катя, – наверное, это он, – глядя на фото из постановки «Скамейка».

И тут она услышала чьи-то восторженные вскрики. Заслышав их, Катя спряталась за угол:

– А, ну, как вы там делали раз, два, три, четыре! Ха-ха-ха! В общем нормально! Ладно, идём переодеваться!

Она увидела худрука в компании каких-то четырёх девушек. Он шёл пританцовывая, изображая по всей видимости то, что сейчас исполнили его ученицы. Позже она ходила среди достаточного количества народу, разыскивая Авилова. И вот она увидела его в компании троих, правда со спины. Эту рыжую макушку нельзя было не заметить. Он с кем-то общался, попутно выпивая содержимое из бокала. Катя не знала, как к нему подойти. И лишь дождавшись, когда он от этих ребят отошёл, быстро пошла за ним.

– Извините! Вы Виктор Васильевич?

– Он самый, – и Авилов на веселе резко повернулся к Кате.

И тут она снова начала плакать.

– Ойоёй! Почему ты плачешь? Что случилось? Спектакль не понравился? – решив, что это зрительница, которая уходит со спектакля разочарованной.

– Нет, спектакль чудный. Вот – и она дала ему в руки визитку.

Он глянул на неё и спросил:

– Кто тебе дал её?

Катя не ответила. Тогда он, поняв, что это уж точно не коридорный разговор, пригласил Катю в свой кабинет. Катя была не против. Там Катя удобно устроилась на диване и Виктор предложил ей чашку чая с сушками.

– Так-с. Ну, успокоилась хоть немного?

– Да, спасибо! Меня зовут Екатерина Демидова. Сегодня я пробовала поступить в «Щуку», – и Катя поняла, что снова будет плакать.

Виктор, вытащив из нагрудного кармана платок, протянул Кате.

– Так. И … не поступила, да?

– Да. Я не знаю, что я скажу родителям, особенно ба…бабушке.

– Что представляла им?

– «Плач Ярославны».

– Вот сейчас у тебя прям что ни на есть плачь. И чего не взяли? Ну, ладно, ладно. Я пошутил.

Катя даже на миг перестала плакать. Даже слегка улыбнулась.

– А визитка от них значит. Хотел бы я знать, кто дал? Ну об этом потом. Вот что, Катенька, я предложу тебе учиться у меня. Попробовать себя. Подружишься с труппой. Я уже 7 лет выпускаю якобы, как считали прославленные театры – бездарей. Но это не так. Ко всем нужен подход. Будь уверена и не переживай.

Вечер. Театр опустел. И лишь один сотрудник так и не ушёл с работы или не один?

– Вы не постучались, Виктор Васильевич! – испуганно воскликнула Катя, прикрываясь полотенцем.

– Прошу простить. Я не ожидал, что в театре ещё кто-то остался. Почему ты не дома? – спросил Виктор.

– Не могу. Не тянет меня вернуться домой, – и Катя прошла за ширму, надевая платье.

Виктор был удивлён.

– Погодь! Ты не из Москвы?

– Нет! Из Санкт-Петербурга.