Сверхновая американская фантастика, 1995 № 01

С Новым 1995 Годом вас, дорогие читатели «Сверхновой»!

С новым, как водится, счастьем. И нам тоже хочется начать заново. С чистого белого листа. Год у нас, в северном полушарии планеты Земля, начинается всегда с чистой белизны снежного покрова, из-под которого потом природа как неистощимый фокусник вынимает свои новые чудеса.

А в январском номере «Сверхновой», журнала новинок фантастики, герои рассказов «По направлению к Глори» Лусиуса Шепарда и «Грехоед с Кау-ривер» Брэдли Дентона, уже известного тем, кто видел наш четвертый номер 1994 года, испытывают удивительные преображения, перерождаются — к добру ли, к худу, — но превращаются в существа, живущие более полнокровной жизнью, нежели их прежние воплощения. Мальчику из «Тронутого» Д. Бейли это до конца сделать не удается — слишком враждебен застывший в холодном безразличии мир вокруг, слишком успел исказить он даже душу наделенного даром божьим ребенка.

Из прошлого года в новый переходят две наши продолжающиеся публикации — романа англичанина Колина Уилсона «Паразиты сознания» и глав книги французского аристократа Алексиса де Токвиля «Демократия в Америке», проникнутой удивительным даром предвидения тех проблем, на которых сейчас зациклился мир.

В библиографическом разделе на этот раз — список произведений англоязычных фантастов, опубликованных в 1993 году в авторских сборниках и коллективных антологиях, что, мы надеемся, поможет локализовать некоторые рассказы и повести, о которых известно, что где-то было, а вот теперь будем знать — где.

Публикуем небольшой обзор первых пришедших в адрес редакции писем читателей и благодарим всех, кто нам написал. Поверьте, каждое письмо всесторонне обсуждается, заявки систематизируются. В общем, пишите, а если еще не присылали нам анкету, мы специально помещаем ее еще раз.

Из американских фантастов зиму больше прочих времен года любит Урсула Ле Гуин. В первую очередь за то, что, придя с холода в дом, можно согреться, обрадоваться живому теплу. К тому же снег — это действительно пятый первоэлемент материи, как писал канадский писатель-эколог Фарли Моуэт, автор широко известных в нашей стране книг «Не кричи: „Волки!“ и «Год кита». Вездесущий и загадочный вестник космоса, он ложится ровной белой пеленой на усталые грязные улицы, на всю нашу неприглядную действительность и мягко баюкает новорожденный Новый год. А для людей в заснеженных домах зима — время более спокойных раздумий над бурными жизненными событиями.

Короче, предлагаем Вашему вниманию наш «белый» номер.

Лариса Михайлова

На рассвете мы приземлились в Ле-Бурже. Конечно, можно было выбрать и более удобный плавучий аэродром на Елисейских Полях, но для этого пришлось бы запрашивать разрешения на посадку по радио, а это привлекло бы внимание журналистов. Вместо этого мы взяли в Ле-Бурже геликэб и через двадцать минут были в центре Парижа.

И вот нас пятеро, и мы почти неуязвимы, даже если кто-то опознает нас. Впятером мы можем воздвигнуть своеобразную стену вокруг себя и отразить внимание любого, кто нас увидит. Окружающие могли смотреть, но не могли видеть. Способность осознавать увиденное находится за пределами чувственного восприятия (вы могли это заметить, и не раз: например, вы читаете, а ваши мысли рассеянно бродят где-то еще). Человек не фиксирует многие объекты из тех, что видит, если они не заслуживают его внимания. Так и нам приходилось «уворачиваться» от внимания зевак, чтобы не подпускать их к себе — это напоминает принцип намордника, который не позволяет собаке кусать прохожих. Можно считать, мы шли по Парижу словно невидимки.

Главную ставку мы делали на внезапность. Если паразиты следят за нами, то они могли предупредить Жоржа Рибо еще несколько часов назад, и тогда нам его ввек не найти. С другой стороны, они вчера понесли приличные потери и сегодня должны быть не слишком бдительными. На это-то мы и расчитывали.

Чтобы выяснить, где сейчас Рибо, достаточно было просто заглянуть в газету — как-никак, он нынче знаменитость. Из номера «Пари Суар», оставленного кем-то, мы узнали, что Рибо с каким-то нервным расстройством помещен в клинику Кюрель на бульваре Гауссмана. Уж мы-то знали, что это за расстройство.

Дальнейшее требовало применения силы, хотя эта идея и была нам не по душе. Клиника оказалась чересчур мала, чтобы проникнуть в нее незамеченными. Однако в столь ранний час — пять утра вряд ли возле нее можно встретить много народу. Полусонный портье выглянул возмущенно из-за своей конторки и тут же попал в цепкие психокинетические объятия пятерых человек — мы зажали его так, как не удалось бы сделать руками. Ничего не понимая, он оторопело смотрел на нас. Флейшман вежливо спросил:

— Вы знаете, в какой палате находится Рибо?

Тот изумленно кивнул — пришлось немного ослабить тиски, чтобы он хоть что-то мог ответить.

— Отведите нас к нему, — сказал Флейшман.