Сваха. В погоне за невестами

Сегодня у меня был очень важный день, судьбоносный, я бы сказала. До собеседования в брачном агентстве оставались считаные часы, а я была все еще не готова: ногти не обстрижены и накрашены, волосы прибраны и до неприличия ухоженные, одежда опять же приличная. Зубы… нет, зубы выбивать не буду даже ради такой престижной работы!

А все дело в том, что мне буквально вчера позвонил один знакомый, еще со времен обучения в Академии межрасовых отношений, и предложил просто-таки идеальную работу — ведущим агентом в брачном агентстве «Столкновение». Академию я окончила с отличием, но вот загвоздка — на такую должность возьмут только несуразное страшилище, коим я и была в студенческую бытность, чтобы невесты на фоне свахи выглядели все сплошь обаяшками, а женихи, насмотревшись на этакое безобразие, воспринимали всех претенденток как идеал красоты.

Ну вот зачем я занялась спортом? Зачем привела в порядок волосы и кожу? Теперь такое местечко могу из-за этого упустить! И ведь все равно никакой личной жизни, могла бы и дальше дурнушкой жить и горя не знать. А теперь ношусь по дому и ищу, чем бы таким намазать лицо. И ведь, как назло, аллергии ни на что нет!

Проносясь в очередной раз мимо кладовой, заглянула и туда. Там было много всего, только ничего подходящего для уродования меня распрекрасной не наблюдалось. В сердцах пнула коробку со старыми свитками, поднимая облачко пыли.

— А-а-апчхи! — выдала я и захлопнула дверь.

И тут меня осенило.

— Точно! Простуда! — воскликнула радостно и понеслась в ванную.

Под ледяным душем я выдержала ровно пять минут. Чихнула и с чувством выполненного долга выключила воду. Так-то лучше! Болезнь никого не красит, распухший сопливый нос и покрасневшие глаза мне обеспечены. Волосы спрячу под какую-нибудь неказистую шляпу, фигуру — под мешковатым страшненьким платьем, а грудь перетяну бинтом. Главное, не улыбаться, чтобы не демонстрировать ровные белые зубы и ямочки на щеках.

К назначенному часу я стояла у дверей кабинета директора агентства. Насморк уже начался, но для верности я натерла нос шерстяным платком, на голове красовалась большая помятая соломенная шляпа, в которой еще моя бабушка в молодости в саду работала, платье я тоже позаимствовала у бабули, она все равно после проведения процедуры «Вторая молодость» не старше меня выглядела и старый гардероб забросила. Вместо сумочки взяла потрепанную корзину для цветов, а лицо от волнения раскраснелось и пошло белыми пятнами. Теперь меня точно возьмут!

Дверь кабинета открылась, выпуская в приемную сногсшибательную блондинку в красном облегающем платье. Девица поправила прическу, окинула меня придирчивым взглядом, завистливо вздохнула и пригласила меня войти.

Шаркая старыми тапочками для пробежек и переваливаясь с ноги на ногу, я вплыла в обитель любви.

— Высоковата, — недовольно констатировал пожилой мужчина среднего роста и невыдающейся внешности, вставая из-за стола и окидывая меня изучающим взглядом, от чего я еще больше сгорбилась — Гномихи завидовать будут. — А ну повернись, — и рукой продемонстрировал процесс вращения.

Я медленно, неловко повернулась вокруг своей оси и чихнула. Достала из корзинки большой шерстяной платок и громко высморкалась.

— Недурно… — задумчиво проговорил директор. — А как вас величать, милейшая?

На этот случай у меня было заготовлено подходящее случаю имечко.

— Парасья Булькина, — представилась, отчаянно картавя и пришепетывая.

— Ваши документы, — благожелательно улыбаясь, попросил директор. — А ко мне можете обращаться господин Ирвин Дорти, госпожа Парасья.

Я подала документы, молясь о том, чтобы господин Дорти не заметил, как я переврала фамилию. Во всех метриках я значилась как Пенелопа Бооль’Кьен, но от имени в документах была только первая буква, а фамилия писалась на межрасовом диалекте, и прочитать ее можно было как душе угодно.

— Ну что ж, госпожа Парасья, вы нам подходите, — проговорил директор, протягивая мне руку для дежурного соприкосновения пальцами.

Я напрягла руку изо всех сил, чтобы все жилки обозначились четче, для верности еще и пальцы согнув, как у страдающей подагрой старушки.

Не успели мы закрепить договор о принятии на работу, как по кабинету разнесся мелодичный звон кристалла ментальной связи.

Господин Дорти замер, общаясь с тем, кто его вызвал, а потом как рявкнет:

— Что значит скончалась?! Это была моя лучшая сотрудница! — немного помолчал и опять: — Да вы там что, совсем все с ума посходили? Через месяц у главы ковена и его братьев ритуальное сватовство, а вы мне заявляете, что мой агент скончалась, невесты не подобраны, да еще и причина смерти моего работника неизвестна! Да я вас всех в… — поднял задумчивый взгляд на меня и передумал «всех в…» — А знаете что, ждите нового агента. Сегодня же порталом отправлю.

Тренькнул отключившийся кристалл, а господин Дорти подозрительно ласково заулыбался, подписывая договор.