Свадьбы не будет

Лев

– Лева, в этом году ты женишься! – патетично возвестила матушка, сгружая на стол пластиковые лотки с продуктами. – Наконец-то!

Я крякнул и подавился воздухом. Мой младший брат Матвей, стоящий рядом, отвлекся от созерцания маминой стряпни и внимательно слушал наш разговор.

– Откуда сведения? – заинтересовался Мотя.

– Я была у астролога! – добила мама.

Взяла полотенце, отогнала от стола Жирополка, который признал в маме кормилицу и на нее не нападал. На нас с брательником это не распространялось. Кот недовольно мяукнул, спрятался от монаршего гнева под стол, сел там и не отсвечивал.

Мама победно покосилась на меня, мысленно уже затягивая тугую петлю брака на моей шее.

– Астролога? – в голос возмутились мы с младшим.

– У нее дар от бога. Она составила для всех нас натальные карты.

– Какие карты? – собирая глаза в кучу, уточнил я.

– Натальные, – терпеливо повторила мама, – и сделала расклад на таро. Лева, все сошлось, в этом году ты женишься. А в следующем, даст бог, и внуков мне родишь.

– Мам, тебе Мотя и жену привел, и внука уже готового, – прорычал я.

При одном упоминании о личности Катерины Романовны на лице младшего сразу же включились заводские настройки стиля «влюбленный дегенерат». Из глаз исчезли даже зачатки интеллекта, а с губ только что слюна не закапала.

Малой был влюблен, очень опасен и ради своей большой любви готов был совершать по двенадцать подвигов в день, не отвлекаясь на сон и еду.

– Сын, не спорь! В этом году ты женишься! Это не обсуждается! – стояла на своем мама.

– Лева, ешь паспорт, – сверкая синими – точь-в-точь как у меня – глазами, авторитетно посоветовал Мотя.

Я покосился на брата и сжал зубы. Мотя заржал и полез в пластиковый контейнер. Стыбзил котлетку и с аппетитом откусил почти половину.

Мама умиленно понаблюдала, как младший поглощает все приготовленное, и снова переключилась на меня.

– И давно ты ходишь по астрологам? – угрожающе сдвинув брови, полюбопытствовал я.

– Мне ее тетя Ира посоветовала, отличная женщина. И действительно знает свое дело, – мама не сдавалась, а я почти взвыл.

– Не смей больше к ней ходить! Папа знает, куда семейный бюджет тратится?

– Знает! – вздернула подбородок мама. – Я и ему натальную карту заказала.

– И папу в эту секту втянула, – закатил я глаза.

– Анфиса не шарлатанка! – обиженная в лучших чувствах мама вступилась за своего нового кумира.

– Анфиса, значит. Не шарлатанка, – сквозь зубы прошипел я, пряча руки в карманы домашних шорт. – И что, правда все сходится?

– Да! – мама взмахнула руками.

– Лева, женись! – снова заржал Мотя. – И сотри возмущение, на все лицо расползлось. Тебе же мама ясно сказала: астролог нагадала, таро подтвердили.

Я призвал на помощь всю свою выдержку и уставился в потолок. Знал я таких Анфис, которые разводили доверчивых граждан на деньги под прикрытием астрологии, таро и прочей нечисти.

– Пора забыть о том, что было в прошлом, сын. Она была не твоей судьбой.

В голове вдруг включилось радио, голосом Укупника выдавая что-то про съеденный паспорт и лозунг «Я на тебе никогда не женюсь».

– Ладно, и кто моя судьба? – я старался говорить спокойно.

– Не знаю. Но эта девушка точно будет младше тебя. Планеты сказали, что вы встретитесь в ближайшее время.

– Ясно. А как-то поподробнее можно? Ну кто она, надеюсь, не Скорпион по знаку зодиака? Блондинка, брюнетка… Вдруг я ее встречу и не узнаю?

– Точно! – поддакнул малой, быстро сообразив, о чем я думаю.

– Лева, я откуда знаю? Сходи сам к Анфисе, спроси…

Шалость удалась, и матушка в мгновение ока выдала всю нужную стратегическую информацию.

Мы с братом заговорщицки переглянулись, мысленно уже потирая ладони в предвкушении.

– А давай! – легко согласился я.

– Лев, что ты задумал? – напряглась родительница. – Я тебя как облупленного знаю, не смей мне врать!

Я опустил голову, подумал и решил признаться:

– Мам, спорим на что угодно, что твоя Анфиса просто хороший психолог? Я тебе в два счета докажу, что она обычная аферистка.

– Она не такая. Анфиса – бриллиант. Но раз ты, Фома неверующий, сомневаешься, то сходи и убедись в обратном!

– Договорились. И если я прав, то разговоры о моей женитьбе переносятся еще лет на пять!

– Ладно, – согласилась матушка.

Она записала на стикере, висящем на холодильнике, номер и адрес Анфисы. Удовлетворенно кивнула, пряча улыбку, сообщила, что ей пора на работу, и быстро ушла, оставив нас с братом и вечно голодным котом наедине.

Я запер за ней дверь, развернулся к жующему Моту, который сверкал глазами на пороге прихожей, и выдавил:

– Мотя, фас!

– Гав! – подтвердил брат с набитым ртом.

Сгонял в комнату и притараканил шорты. С пчелами. Развернулся, открыл шкаф и вытащил с верхней полки дедов картуз.

– Лева, жги! – брат выдал мне реквизит и похлопал по плечу. – Выведи шарлатанку на чистую воду! Чтоб эта кочерыжка лупоглазая даже слово «астрология» забыла.

– Давай, – согласился я, с ненавистью глядя на треклятые шорты.

– А паспорт я бы на твоем месте все-таки съел, – не удержался малой, – во избежание…

Есения