Суженая

Мы жили в небольшой натурализованной деревушке в предгорье. Моя семья была одной из немногих, что продолжали вести истинный образ жизни, дистанцируясь от современного интегрированного существования большинства рас галактики. Простейшее земледелие, животноводство и естественные условия существования без какого-либо значимого вмешательства иных цивилизаций. Моя бабушка была шаманкой, поэтому наша семья всегда была ближе к исконному жизненному началу именно Земли, чем многие другие наши современники. Жизнь в мегаполисах была куда проще и интереснее.

— Никогда не ходи в пещеру, — пугала с детства мама. — Там живут темные силы, о них издавна рассказывают жуткие истории. Там пропадали люди, уходили безвозвратно. Не удавалось найти даже их тел. Говорят, там есть ворота в другие миры, говорят, что именно так наши древние предки путешествовали по Вселенной. Это сказки, разумеется, но пещера действительно опасна.

— Бабушка, — признавалась я, будучи двенадцатилетней девчушкой, — мне так хочется побывать внутри. Нестерпимо хочется. Мне даже во сне эта пещера видится в последнее время!

— И ты не боишься? — щурила глаза наша шаманка. — Все боятся. Ты же знаешь, там внутри слышен страшный вой, иногда вспыхивает яркий свет, и пропадают люди.

— Бабушка, а они, правда, пропадают?

— Как знать, в древних сказаниях есть мысли о том, что существуют во Вселенной особенные места, где материя миров соприкасается вплотную, где можно одним шагом преодолеть миллионы световых лет, пройти сквозь время и пространство. Вроде бы древние земляне именно через такие ворота смогли попасть на другие планеты, заселить их.

— И они стали инопланетянами? — с детским непосредственным любопытством замирала я в восхищении от сказочной истории.

— Конечно, они менялись, их менял новый мир, другие условия, иная среда обитания, — щурилась и соглашалась бабушка, сообщая какие-то не совсем понятные мне вещи, и тут же впивалась в меня взглядом. — Значит, хочешь побывать в пещере? Видишь ее во сне?

— Очень хочу, вижу! — смеялась я.

Бабушка хмурилась, всматриваясь в меня мутными старческими глазами с необычной мудростью и значимостью, еще непонятной мне.

— Нола, — тон старой шаманки даже в детстве заставил меня осознать важность ее слов.

— Я подарю тебе подарок, неприметный камешек, украшение на память обо мне. Ты всегда носи его на шее, не снимай и никому о нем не рассказывай.

— Он такой важный? — ликуя от внимания, переспрашивала я.

— Да, он не позволит тебя увести, — кивала шаманка, бормоча что-то для себя и узловатыми пальцами выискивая небольшой сероватый осколочек в одной из своих шкатулок.

— Увести? — не совсем понимая сути бабушкиного волнения, уточняла я.

— Да, никто не заставит тебя поступить против твоей воли, — продевая в дырку на камешке шнурок и повязывая мне на шею, серьезно скалилась шаманка. — Никогда не снимай, ты поняла?

Я кивнула, обещая требование пожилой родственницы исполнить, радуясь новому подарку и ощупывая камешек через ткань платья. У меня появился настоящий секрет, почти взрослая тайна!

Мы своей привычной детской компанией играли в лесу возле скал. Гроза началась неожиданно, сильно хлестнув волной ливня и шквалом ветра. Всей ватагой, осознав, что под кронами деревьев укрыться не получится, рванули к отверстию в ближайшей скале. Тут было множество уходящих в глубь пещеры отверстий и лазов. Там, под сводами одного из них, мы и укрылись, зябко прижимаясь друг к другу и с ликованием наблюдая за потоками воды, льющейся с неба. Мы не понимали тогда, какое это чудо в нашем космическом веке — живой лес и истинная мощь стихии совсем рядом. Эти ощущения были недоступны поголовному большинству жителей планеты, предпочитавшему жить в современных мегаполисах. Мне же повезло вырасти в условиях настоящей земной естественной среды. Смеясь вместе с остальными, вглядываясь в непроглядную стену воды снаружи, неожиданно почувствовала странное тепло. Оглянувшись с испугом, увидела свечение в глубине тоннеля, в котором мы укрылись. Осознав этот факт, толкнула локтем подругу.

— Что за свет?

— Какой? — удивленно оглянувшись назад, засмеялась она. — Нола, тебе уже мерещится что-то от волнения! — и, потеряв интерес ко мне, вновь сосредоточилась на грозе.

А я… гроза меня уже не волновала. Меня нестерпимо тянуло дальше, туда, где был свет. И даже тот факт, что никто кроме меня словно не видел его, меня не останавливал. Вернее, это пугало, но невыносимое желание двигаться вглубь, не пропадало. Наоборот! Ноги словно сами понесли меня туда… ближе к свету.

Перестав считать шаги и отмечать поворот за поворотом, я, с каждым мигом убыстряясь, спешила, сама не понимая куда. Через пять минут я уже бежала, с обреченностью неизбежности стремясь к цели. К какой, я сама еще не знала. Замерла на месте, только достигнув источника яркого свечения. Этим источником была, ставшая словно прозрачной, пульсирующая вспышками энергии, стена подземного грота. И у меня руки зудели от стремления коснуться ее…