Сумасшедшее танго (СИ)

АЛЕКС

Идём с обеда и Ник без умолку что-то тараторит, я уже даже потерял нить его рассказа. Подходим к нашему зданию. Я поправляю чёлку, задранную порывом тёплого ветра, и краем глаза цепляю чёрный кэб, из которого появляются стройные ноги в белых туфлях на шпильке. Через секунду взору предстаёт вся полностью обладательница восхитительных ножек. На ней светло-голубой костюм с узкой юбкой ниже колен и приталенный жакет, под которым белая шёлковая блузка с круглым вырезом. Каштановые волосы красивыми волнами перекинуты на одно плечо, а её жакетик плотно облегает талию и грудь. На руке блестят часы, а в руке кожаный изящный портфель. Поднимаю взгляд выше и вижу: мягкий овал лица, голубые глаза, тёмные густые брови и пухленькие чувственные губы. У меня аж в штанах защекотало от вида этих губ.

— Вот это цыпочка, — шепчет Ник, стоящий справа от меня.

Красотка проходит мимо нас уверенной походкой. Мы с другом идём следом за ней и пялимся на её зад: упругая, аппетитная попка, красивые стройные ноги и тонкие лодыжки, волосы покачиваются и блестят на солнце как шёлк. Так и хочется протянуть руку и намотать их на пальцы.

— Как думаешь, D? — спрашивает Ник.

— С, — уверенно заявляю я. «У неё тонкая талия, поэтому грудь кажется больше».

Заходим в лифт следом за ней, где уже находятся четыре человека.

Офис нашей юридической фирмы располагается на последнем 31-м этаже не самого высокого здания на Айл-оф-Догс *. Едем и понимаем, что она с нами. Лифт останавливается, и мы с Ником расступаемся, пропуская девушку вперёд. Она проходит очень близко, и я вдыхаю приятный аромат. Очень знакомый, но не могу вспомнить, где его слышал. Незнакомка останавливается у стойки Оливии. Мы проходим мимо и заходим в мой кабинет. Ник, громко выпуская воздух, говорит:

— Это что было? — показывает большим пальцем на дверь. — Я так возбудился, что не смогу теперь работать.

Я улыбаюсь, а из селектора раздаётся голос Оливии:

— Мистер Хардфорд, зайдите в переговорную старшего партнёра.

— Хорошо, Оливия.

Иду в переговорную и через стеклянную стену и двери вижу уже знакомый голубой костюм. Девушка сидит напротив отца и миссис Ренли. Твёрдой рукой толкаю дверь.

— Мистер Алекс Хардфорд — младший партнёр. Мисс Селена Доусон — наш новый юрист, — представляет отец красотку в голубом костюме.

Она встаёт и протягивает руку, а я жму. Тёплая и нежная, но пожатие уверенное и достаточно твёрдое.

— Мисс Доусон специализируется на бракоразводных процессах, — выговаривает отец. — Дело Вудвортов — её работа.

Я сажусь напротив неё и удивлённо поднимаю бровь, не отводя взгляд от прекрасных голубых глаз. «Да, громкое было дело, но успешно завершилось мировым соглашением с хорошими отступными для миссис Вудворт. Она осталась довольна», — вспоминаю я.

— Вроде бы Громмер занимался этим делом?

— Мисс Доусон была стажёром, поэтому официально дело было за Громмером, — поясняет отец.

Откинувшись на спинку стула, продолжаю её сканировать, пока отец с ней разговаривает: «Загорать не любит. Белая кожа с розоватым оттенком — мой любимый цвет». Мой взгляд скользит по шее, декольте: «Интересно какой формы её грудь? Какого цвета… Твою ж мать!» — чувствую, ноющую тяжесть в паху. Пытаюсь отвлечься, посмотрев на отца, но взгляд снова, как магнитом тянется к ней: бархатная кожа с лёгким румянцем, аккуратный носик, чётко очерченные, красивые, натуральные пухлые губки розового цвета, без помады. «Ненавижу помаду на женских губах!» Любуюсь дальше: просто волшебные голубые глаза, причём тёмные, опушены чёрными и длинными ресницами. «Мне кажется, или они действительно не накрашены? Стоп! На ней вообще нет макияжа?!Такое возможно?!»

Мои мысли прерывает громкий голос отца:

— Мистер Хардфорд, вы согласны?

— Да-а, — неуверенно протягиваю я, потому что не слышал суть разговора.

— Отлично! Мисс Доусон, миссис Ренли вас со всеми познакомит и покажет ваш кабинет, — дружелюбно говорит Хардфорд старший.

Отец даёт понять. что разговор окончен, мы встаём и женщины выходят из переговорной. Он, отвернувшись к окну, строго бросает:

— Алекс, задержись.

Я останавливаюсь, снова плюхнувшись в кресло.

— Я видел, как ты на неё смотрел. Помни об этике.

— Да помню я. За семь лет я же ни-ни. Ты же знаешь.

Отец вздыхает и отворачивается. Действительно за семь лет в фирме, я ни разу ни с кем не закрутил интрижку. Ни с коллегой, ни с клиентом. По негласной этике это строго запрещено. Хотя, в первый год была попытка, но отец быстро охладил мой пыл. Ну и с опытом я привык, что только за стенами офиса и вне работы.

Захожу в свой кабинет, где Ник вальяжно развалился в моём кресле.

— Что сидишь? Иди, знакомься с новым юристом.

Ник подскакивает с расширенными глазами:

— Ты шутишь? Она что наш новый юрист?

— Да, — сажусь в кресло, а друг торопится к двери, но я его останавливаю. — Ник?! — он оборачивается. — Рубашку слюнями не закапай.

Друг, улыбаясь, показывает мне средний палец:

— Пошёл ты!

СЕЛЕНА