Сукин Сын

Наши переводы выполнены в ознакомительных целях. Переводы считаются "общественным достоянием" и не являются ничьей собственностью. Любой, кто захочет, может свободно распространять их и размещать на своем сайте. Также можете корректировать, если переведено неправильно.

Просьба, сохраняйте имя переводчика, уважайте чужой труд...

Бесплатные переводы в нашей библиотеке

BAR "EXTREME HORROR" 18+

https://vk.com/club149945915

Деметрий Мич не знал, что делать с ужасным мелким пиздюком, улыбающимся ему из открытой двери шкафа. Жуткий маленький ублюдок бесил его.

- Черт, этого дерьма не может быть. Этот ублюдок не может быть настоящим. Должно быть, я курнул плохое дерьмо. Такого дерьма не должно быть! - кричал он все время, обращаясь к себе.

И все же он там сидел, плескаясь в крови и внутренностях своей матери, мурлыкая и удовлетворенно ворча.

Деметрий беспомощно наблюдал, как эта штука вырвалась из родового канала своей матери. Разрывая ее, пока влагалище и анус не превратились в одну зияющую пасть. Теперь маленький упырь медленно убивал ее, ухмыляясь Деметрию огромными челюстями, заполненными рядами длинных саблеобразных зубов, залитых кровью, мясом и сукровицей. Это напомнило ему время, когда они поймали умственно отсталого ребенка вниз по кварталу, поедавшего сбитых на дорогe.

Полусъеденная мать твари издала скулящий звук, и Деметрий вздрогнул и отскочил назад, когда понял, что она все еще жива.

- Оу, нет! Боже, нет!

Шеба смотрела на Деметрия большими щенячьими глазами, умоляя его помочь ей. Каждый раз, когда он тянулся к ней, его живот сжимался от отвращения. Он повернулся и побежал в ванную, блеванув в унитаз. Маленький упырь продолжал жевать и улыбаться, улыбаться и жевать.

Оттуда, где Деметрий опустился на колени лицом к унитазу, было хорошо видно, как эта штука схватила одну из ее набухших сисек и рывком надорвалa ее, выпустив струю молока и крови, которую оно жадно принялось поглощать, громко чавкая и хлюпая. Он слышал, как Шеба визжала и хныкала, лежа клубком мяса, крови и органов, поглощаемая ее собственным потомством. Еще одна волна тошноты поразила его, и он снова сунул голову в унитаз, из его кишoк вырвались брызги, словно метательные снаряды, и с силой ударились o фаянс.

Он любил эту собаку. Она была самой большой в этой помойке, и он продал ее за восемьсот пятьдесят баксов кубинской семье, которая жила в большом белом колониальном доме дальше по улице. Он должен был знать, что у этих кокаиновых голов будет кое-что похуже, чем обычное зло, запланированное для собаки, но он просто предполагал, что они хотели, чтобы она дралась или охраняла их запас нелегальных наркотиков, как почти у всеx, кто покупал собак у него. Как, черт возьми, он мог знать, что они собираются заняться с ней сексом?

Он спас еe от тех сумасшедших кубинцев, когда узнал, что они используют ее в каком-то странном дерьмовом секс-вуду. Это было не настоящее вуду. Ничего похожего на то, чем занимались гаитяне за углом. Ничего нормального. Это было что-то намного более темное. Он знал многих практикующих Йорубу[1] и Сантерию[2], и ни один из них не стал бы трахать собаку во время ритуальной оргии.

Эти извращенцы были в каком-то поистине демоническом психосексуальном дерьме. Он должен был догадаться, когда Сальвадор явился, чтобы заплатить за собаку, дергаясь с симптомами абстиненции, с бритой головой, татуировкой пентаграммы в виде козлиной головы на затылке и третьим глазом на лбу, что из этой сделки ничего хорошего не выйдет. Он должен был послать этого ублюдка на хрен сразу же. Но это было не в стиле Деметрия - отказываться от денег, и поэтому, вопреки здравому смыслу, он продал Шебу этому уебану.

Как только он услышал, что они замышляют, он понял, что должен вернуть ее. Во-первых, он никогда бы не продал им собаку, независимо от того, сколько денег они предложили, если бы знал, что они собираются насиловать эту чертову тварь. Не то чтобы Деметрий был кем-то вроде активиста за права животных. У него был питомник, полный мастифов, питбулей и ротвейлеров. Многие из них становились бойцами в многочисленных подпольных собачьих боях, которые были популярны по всем районам. Другие оказывались на страже у какого-нибудь притона с наркотиками. Деметрий зарабатывал себе на жизнь разведением и дрессировкой злобных, агрессивных собак для того или иного преступного предприятия. Он даже однажды сдал в аренду мастифов наемному убийце с Cевера по имени Чернокнижник, который использовал их, чтобы избавляться от тел. Ему вообще было все равно, что будет с его собаками, когда их купили и заплатили.