Сугроб

В два часа дня тонкий слой снега уже лежал на земле, когда дилижанс, направляющийся в Бат и Бристоль, выехал из Холборна. Только два закаленных джентльмена в этот холодный декабрьский день отважились забраться на крышу, но и внутри пассажиров оказалось совсем немного: пессимистичного вида мужчина в шарфе, крепкая леди с несколькими картонками, коренастый молодой человек с маленькими глазками и девуш­ка в алом пальто с костлявой крестьянкой, которая, судя по всему, была ее служанкой.

Леди в алом пальто и молодой джентльмен сидели друг про­тив друга и время от времени обменивались полными презре­ния взглядами. Перед посадкой в дилижанс во дворе гостиницы «Белый олень» джентльмен насмешливо заметил:

– Значит, и ты едешь в Бат? Напрасно стараешься, ничего у тебя не выйдет!

– Ты тоже собираешься ехать в дилижансе, Джозеф? – ответила леди. – А я-то думала, что ты поедешь как минимум в почтовой карете.

– Я не из тех, кто бросает деньги на ветер, – хмуро прого­ворил Джозеф.

После этого диалога они не обменялись ни единым словом.

Дилижанс медленно продвигался вперед. В Мейденхед-Сикет с серого неба, неторопливо кружась, начали падать снеж­ные хлопья. Температура резко упала, и стало довольно хо­лодно. Джозеф поплотнее укутался в плед, а молодая леди, забывшая захватить что-нибудь теплое, принялась с вызовом напевать какую-то песенку.

Дилижанс ехал все медленнее и медленнее. В Рединге со­шла толстая женщина, а ее место занял фермер, который зая­вил, что на его памяти еще не было такой суровой зимы. Он мрачно предсказал, что к Рождеству дороги покроются шести­футовым слоем снега. Пессимист буркнул, будто бы с самого начала знал, что они не доедут до места назначения.

Дилижанс медленно двигался вперед, но за Тилом лошади побежали немного быстрее. На несколько минут у пассажиров поднялось настроение – все подумали, что погода улучшает­ся. Однако скоро повалил густой снег, кучер потерял колею, и дилижанс съехал с дороги в глубокий сугроб.

Экипаж опрокинулся набок. Пассажиры с крыши полетели на снег, а те, кто сидел внутри, повалились на ближайшую бо­ковую дверцу.

Коренастый молодой человек встал первым и с трудом от­крыл правую дверцу. Он двинулся к ней, грубо оттолкнув с пути пессимиста. Потом шагнул и упал лицом в глубокий сугпоб вызвав у пессимиста кислую улыбку.

Фермер с молодой леди были слишком заняты служанкой, которая неловко упала при аварии, чтобы заметить это проис­шествие. Служанка пролепетала потрясенным голосом:

– Кажется, я сломала ногу, мисс Софи.

– О Сара, не говори так! – испуганно воскликнула ее хо­зяйка.

– Но она на самом деле сломала ногу, – поддержал Сару фермер. – Мы должны вытащить ее отсюда, мисс. – Он подтя­нулся на руках, выглянул в открытую дверцу и крикнул: – Эй, вы! Помогите нам вынести эту бедняжку! Ну-ка, поторап­ливайтесь!

Молодой человек, наверное, устыдившись своего недостой­ного поступка, вернулся к дилижансу и довольно грубо поин­тересовался, чего от него хотят. Молодая леди в алом пальто безуспешно пытающаяся передвинуть служанку в более удоб­ное положение, подняла раскрасневшееся лицо, на котором гневно сверкали огромные серые глаза, и возмущенно восклик­нула:

– Ты самое мерзкое существо на свете, Джозеф! Немед­ленно помоги нам поднять Сару, иначе я расскажу деду, какой ты грубый и невоспитанный!

– Можешь рассказывать старику все, что хочешь… если, конечно, доберешься до Бата, в чем я очень сильно сомнева­юсь, моя дорогая кузина, – ответил Джозеф.

– Попридержи свой язычок и делай, что я тебе говорю, – сердито прервал его фермер. – Сначала выпрыгните из дили­жанса, мисс! Вы будете мне только мешать.

Мисс Трент на мгновение задержалась, чтобы захватить брошенный кузеном плед, и позволила вынести себя через от­крытую дверцу. Джозеф принял ее от фермера и, не мешкая, бесцеремонно опустил на землю. Ноги девушки по самые ло­дыжки утонули в снегу, но пессимист помог ей выбраться на дорогу. К тому времени, когда она расстелила на снегу плед, Сару уже вынесли из дилижанса, и кондуктор помогал кучеру выпрягать одну из передних лошадей.

Сару положили на плед. Мисс Трент, чья шляпка быстро по­белела под густо падающим снегом, опустилась на колени око­ло служанки. Кучер заверил пассажиров, что для беспокойства нет никаких оснований, поскольку кондуктор немедленно от­правится в Вулхэмптон за каким-нибудь экипажем.

Эта перспектива сильно взволновала пессимиста, который начал интересоваться, когда будет проезжать следующий ди­лижанс на Бат.

– Да благословит вас Господь, сэр, но, думаю, вам придется проторчать здесь с неделю, если вы хотите дождаться следующего дилижанса, – ответил кучер. – Сдается мне, что при такой погоде никакой экипаж не проедет дальше Рединга!

Последние слова кучера заглушили громкие протесты. Мисс Трент возмущенно воскликнула:

– Застрять в снегу на неделю? Но я завтра должна быть в Бате!

– А в Вулхэмптоне можно нанять фаэтон? – неожиданно поинтересовался Джозеф.

– Это как повезет! Пожалуй, что можно, – кивнул кучер.