Судьбы икон в Стране Советов. 1920–1930-е

Дорогой читатель!

В 2018 году в издательстве «Новое литературное обозрение» вышла моя большая научная монография «Небесная голубизна ангельских одежд. Судьба произведений древнерусской живописи, 1920–1930-е годы». За короткий срок существования монография выдержала два издания и в 2019 году принесла мне звание лауреата Макариевской премии. Судя по письмам, которые приходят мне, книга выполнила свою миссию – она предоставила новую информацию историкам, искусствоведам и музейным работникам и помогает им в их собственных исследованиях. Я благодарна всем, кто откликнулся на мой труд.

Еще во время работы над научной монографией я мечтала, что сделаю ее небольшую популярную версию для более широкой аудитории. С выходом этой книги в серии «Что такое Россия» моя мечта осуществилась. Данное издание содержит все главные выводы моей научной монографии, но не «отягчено» многочисленными таблицами, длинными приложениями, детальными и многостраничными сносками на архивные и опубликованные источники. Тех читателей, которых интересует эта сторона научного исследования, я отсылаю к своей большой книге «Небесная голубизна ангельских одежд».

Эта книга – о судьбе и странствиях икон в Советской России и за рубежом в послереволюционные десятилетия. Книга рассказывает об истории музеев – созданных и уничтоженных, о людях (к одним из них судьба отнеслась благосклонно, к другим – безжалостно), о том, как было создано и ликвидировано грандиозное иконное собрание Государственного музейного фонда, кто и как отбирал иконы на экспорт, сколько икон отдали на продажу российские музеи, были ли проданные иконы фальшивками, о том, как красные купцы Госторга и «Антиквариата» создавали на Западе спрос на иконы – в то время еще малоизвестный миру антикварный товар, а также о том, какая судьба ожидала иконы после продажи. В книге есть поистине детективные сюжеты – например о том, как «Антиквариат» пытался продать в США первую советскую иконную выставку, где были представлены шедевры иконописи из российских музеев.

По профессии я не искусствовед и не историк искусства, поэтому моя книга – сугубо историческое исследование. К иконам меня, социально-экономического историка, привел интерес к советской индустриализации, а точнее к тому, как СССР оплачивал этот дорогостоящий и амбициозный проект. Одним из экстраординарных источников финансирования индустриализации были магазины Торгсина, о которых я написала две книги1. В голодные годы первых пятилеток Торгсин продавал иностранцам и советским гражданам продукты и товары в обмен на иностранную валюту, царский золотой чекан, бытовое золото, серебро и другие ценности. Торгсин позволил миллионам советских людей выжить, а правительству – собрать средства, чтобы купить иностранное оборудование для промышленных гигантов рождавшейся советской индустрии. Продажа произведений искусства из российских музеев на рубеже 1920–1930-х годов, включая экспорт икон, стала еще одним экстраординарным валютным источником обеспечения индустриального рывка. Таким образом, книга об иконах стала логичным и даже закономерным результатом моих предыдущих социально-экономических исследований.