Судьба России в пророчествах русских святых. В законе Всевышнего воля его

«И процветёт, аки крин Небесный».

О преподобном Авеле, предсказавшем не только день смерти Государыни Императрицы Екатерины Великой, но и дальнейшую судьбу всей Династии Романовых, а затем предрёкшем, что в грядущем Россия «расцветёт аки крин небесный», С.А. Нилус писал:

«Во дни Великой Екатерины в Соловецком монастыре жил-был монах высокой жизни. Звали его Авель. Был он прозорлив, а нравом отличался простейшим, и потому то, что открывалось его духовному оку, то он и объявлял во всеуслышание, не заботясь о последствиях. Пришёл час, и стал он пророчествовать: придёт, мол, такое-то время, и помрёт Царица, – и смертью даже указал какою. Хоть и далеки были Соловки от Питера, а дошло всё-таки, вскорости, Авелево слово до Тайной канцелярии.

Запрос настоятелю, а настоятель, недолго думая, Авеля – в сани и в Питер; а в Питере разговор короткий; взяли да и засадили пророка в крепость… Когда исполнилось в точности Авелево пророчество и узнал о нём новый Государь, Павел Петрович, то, вскоре по восшествии своём на Престол, повелел представить Авеля пред свои Царские очи…».

Так кто же он такой, вещий прорицатель?

Родился монах Авель (в миру – крестьянин Василий Васильев) в деревне Акулово Алексинского уезда Тульской губернии в марте 1757 году и был без малого сверстником святого преподобного Серафима Саровского.

Родители были крепостными крестьянами, но не притягивала их сына крестьянская судьба. В Житии вещего Авеля-прорицателя говорится: «Он же о сём мало внимаша, а больше у него было о Божестве и о Божественных судьбах». В десятилетнем возрасте Василий впервые заявил родителям, что хочет служить Богу. Но как же мог он осуществить это своё желание, в серьёз никем не воспринятое?

Грамоте и то стал обучаться лишь в семнадцатилетнем возрасте. Тогда же освоил-таки и различные ремёсла. Появилась цель тайная, решил пойти на заработки, а там уж, как Бог даст. Вскоре выпал случай пристать к бригаде работников, с которой и отправился он в странствия по России. Довелось побывать сначала в Кременчуге, затем в Херсоне, где шло полным ходом строительство порта и корабельных верфей. Но не долго удалось поработать. Турки, желая помешать строительству Русского флота, занесли в Херсон через лазутчиков чуму, буквально косившую строителей. Не миновала беда и Василия Васильева. Заболел. Лежал он средь умирающих и ждал своего часа. И тогда, будучи уже одной ногой в могиле, обратился он к Богу с горячей молитвой. Обещал, что, коли оставит его Всемогущий Промыслитель в живых, то он примет постриг и будет вечно служить Ему. Молился истово, нелицемерно, и вскоре пришло исцеление.

Проработав в Херсоне ещё год, Василий вернулся домой и попросил родителей отпустить его в монастырь. Родители воспротивились. Не убедил их и рассказ о чудесном исцелении. Пришлось пойти на хитрость. Попросился он снова на заработки, но на сей раз недолго проработал в бригаде и при первой возможности тайно покинул её. Он уже знал, куда идти. Сначала добрался до Великого Новгорода. Далее, уже водным путём, через Олонец, достиг Валаама. В Валаамском монастыре его постригли под именем Авеля, где и прожил год, как говорится в Житии «вникая и присматривая всю монастырскую жизнь и весь духовный чин и благочестие… И от того времени стал вся познавать и вся разумевать».

Так начался его путь – путь пророка. За 9 лет он обошёл многие города и области России, проповедуя «волю Божью и Страшный Суд Его».

Откровений о судьбе Царской Династии он был удостоен во время пребывания в Николо-Бабаевском монастыре Костромской епархии.

Каждому монаху предписывалось определённое послушание. Авелю же выпало послушание «читать, писать и слагать, и книги сочинять». В монастырской келье начал он записывать то, что дано ему было в Откровении.

Когда книгу увидел настоятель монастыря, он пришёл в ужас и потребовал объяснений, что за выдумки изложены в сём сочинении?

Авель отвечал твёрдо:

– Книгу свою писал сам, ничего не списывал, а лишь изложил то, что было в видении, ибо, будучи в Валааме, пришед к заутрени в церковь, ровно как бы Павел-апостол восхищён был на небо и там видел две книги и что видел, то самое и писал, но никому своего сочинения не разглашал.

Это объяснение нисколько не убедило настоятеля и не смирило его гнев. Он сказал:

– Сия твоя книга написана под смертною казнью.

Повелев снять монашеское одеяние, настоятель отправил расстриженного монаха под его мирским именем, Василий Васильев, в Костромское наместническое управление, где ещё более возмутились содержанием книги и заточили автора сих, по их мнению, крамольных писаний в Костромской острог.

Тогда-то о книге и стало известно в Санкт-Петербурге. Немедленно поступило повеление препроводить крестьянина Васильева в столицу на допрос к шефу Тайной полиции Александру Макарову.

5 марта 1796 года Макаров лично допросил Авеля. В Житии цитируется текст допроса: