Строптивая

В 2039 году на Землю в очередной раз пришла война. Из появлявшихся прямо посреди океана туманных областей начали выходить корабли. Странные, внешне копировавшие человеческие суда времён Второй Мировой, но технологически превосходившие свои «прототипы» многократно. Зашитые в волновую броню корпуса с лёгкостью выдерживали попадания противокорабельных ракет, а фотонные и электромагнитные орудия «разбирали» любого противника в считанные минуты.

Казалось, перед ними не устоит никто. Но… люди в очередной раз доказали, что по изобретательности равных им нет. Создание ворм-вируса, способного проникать в ядро кораблей Тумана, поставило даже не точку, а восклицательный знак в этой войне, обозначив безоговорочную Победу Человечества. Туманники, некогда считавшиеся хозяевами океанов, превратились в добычу. Желанную добычу. Ведь ни одно государство не откажется от сильных и покорных рабов, а внедренные в личностную матрицу наноколонии гарантировали послушание, жестоко карая за малейшее неподчинение.

В конце концов, Туман был повержен и на Землю пришел мир. Ненадолго. Поскольку победившее человечество немедленно вернулось к привычной грызне. За ресурсы, за влияние, за власть. И корабли Тумана снова вышли в океан, начав стрелять. Только теперь уже повинуясь приказам людей.

***

— Унсгейт, это всё, что вы можете предоставить?! — человек в адмиральском мундире побагровел лицом и, схватив со стола многостраничный документ, украшенный целой коллекцией грифов секретности, начал зачитывать с выбранных наугад страниц: — «Не исключено…», «вполне возможно…», «наиболее вероятно…», «мы считаем…», это что за дерьмо?!

— Адмирал, позвольте мне, — негромко перебил его второй, сидящий в углу и умудрявшийся даже в не таком уж большом кабинете буквально сливаться с обстановкой.

Подавшись вперед, он впился в ученого холодным взглядом.

— Профессор, давайте я вам поясню ситуацию. Сейчас решается, кто именно будет править миром в ближайшие сто лет. Пользуясь распадом НАТО русские уже заняли пол Европы и по-хозяйски примериваются к тому, что осталось, а китайцы практически закончили с Азией, разве что Индия их ещё как-то сдерживает. И помешать этому мы не в силах. Вы это понимаете?

— В Европе война, — робко заметил Унсгейт, просто чтобы не молчать.

— Война? — неприметный скривил губы в подобии улыбки. — Эта война продлится ровно до тех пор, пока там не появятся русские танки. А они появятся сразу, как Москва договорится с Берлином. И можете мне поверить, произойдет это очень скоро. Немцы отчаянно нуждаются в сырье и военной помощи, а русские в технологиях и выходе в Атлантику. Так что вхождение Германии в Восточный Союз дело даже не дней, часов.

— Но…

Неприметный вскинул руку, показывая, что ещё не закончил.

— Сейчас русские заняты на континенте, плюс, не имеют достаточного количества туманников. Что-то они там наловили, но в основном это легкие крейсера. А вот когда в составе их флота окажутся тяжелые «итальянцы» из Средиземного моря, а потом и «немцы» из Атлантики… — неприметный многозначительно помолчал. — И в этой ситуации вы тратите время и деньги на какие-то изыскания? К тому же, если верить вашему докладу, безрезультатные?

— Но, сэр, мы не уверены… — попытался протестовать Унсгейт. — Мы сами толком не понимаем, как работает ворм-вирус и…

— В чем вы не уверены? — снова перебил его неприметный. — Три года мы используем захваченные корабли Тумана и за всё это время не зафиксировано ни одного сбоя, разве что мелкие накладки.

— Но тесты показали, что корабли формируют личность, их ментальные модели… аватары… становятся всё больше похожи на людей.

— Чтооо?! — не выдержав, заорал адмирал. — Личность?! Какая ещё, мать вашу, личность?! У грёбаной железяки нет и не может быть никакой личности! Потому что это, мать вашу, грёбаная железка, пусть и с куклой на борту! Так какого черта вы почти год ковыряетесь с этим «Конго»?!

— Она не идет на контакт… — чуть слышно пробормотал Унсгейт.

— Какая к чертовой матери «она»?! Какой контакт?! — адмирал уже не орал, ревел. — Вы что, почти год держите в опытовом доке крейсер Тумана, добиваясь, чтобы он спел вам песенку?!

— Профессор… — глаза неприметного превратились в ледышки, а в голосе зазвучали такие ноты, что несчастный ученый покрылся холодным потом. — Профессор, вы хоть понимаете, в какую сумму обходится правительству каждый день вашего любопытства? И какие будут последствия, если мы не сможем усилить Специальный флот раньше русских?

— Д-да, сэр, — ученый, судорожно ослабив галстук, вскочил на ноги. — Я обещаю, что в самое ближайшее время…

— Не надо обещать профессор, делайте, пока не стало поздно. В первую очередь для вас. — Слова неприметного прозвучали как отложенный приговор.

Пока отложенный.