Стражи Красного Ренессанса

Все персонажи выдуманы, любые совпадения случайны. Автор не несет ответственности за слова и поступки своих героев, ибо, как и любой уважающий себя творец, даровал им свободу воли.

Действия автора ни в коем случае не направлены на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а ровно принадлежности к какой‑либо социальной группе…

Ну вы поняли…

Наш ответ Фукуяме:

Футуролог в свальной яме!

Рэд — метал группа «Революционный план»,

дебютный альбом «Маригелла», 2069 год.

Первый сон Роберта Гордеева

18 августа 2091 года

Когда Роберт открыл глаза, он обнаружил себя стоящим на коленях перед высоким троном, отлитым из чистого золота, над которым возвышался нереальных размеров шелковый балдахин и перекрытие из четырех гигантских щитов. На троне восседала одетая в желтое платье викторианской эпохи сморщенная старуха, судя по разрезу глаз — китаянка. Вид у нее был надменный и абсолютно неприветливый.

— Что же ты, мерзавец, не смотришь мне в глаза? — спросила высокомерная бабка скверным повизгивающим голоском. — Или ты не желаешь выказать особое почтение благословенной дочери Будды?

Разглядывая серебряного льва возле одной из колонн, поддерживающих щиты, Роберт по какому‑то наитию вдруг сообразил, что перед ним никто иная как императрица У Цзэтянь.

— В глаза мне! — завопила, разбрызгивая слюни, старушенция. — Проклятый отступник!

— Ваше императорское величество, — невероятным усилием воли Роберт поднял взгляд и посмотрел на усеянное бородавками морщинистое лицо, — я всегда рад служить вам словом и делом…

— Твои слова производит твой язык, — заметила У Цзэтянь, губы ее подернулись в похотливой полуулыбке, отчего созерцать перекошенную физиономию старой карги стало совершенно невыносимо, — так пусть же этот самый язык покажет себя и в деле.

— Вы хотите, — Роберта бросило в холодный пот, — чтобы я…

— Да, я хочу, — императрица задрала подол платья, обнажив до самого основания бедер сухие, обвитые синими вздувшимися венами ноги, — чтобы ты, негодяй, почтил лепесток лотоса своим лживым языком.

Роберт, прохрипев что‑то невнятное, дернулся, попытавшись встать, но твердые как сталь руки неизвестно откуда взявшихся стражников, обхватили его за плечи и бесцеремонно потащили к трону. Колени несчастного бились о ступени, покрытые золотой парчой, причиняя адскую боль, однако мужчина не мог вымолвить и слова, он лишь бессвязно мычал. Роберт с мольбой посмотрел на повелительницу, но его ослепил блеск золотого двуглавого орла, прикрепленного к верхушке трона.

— Давай же, мой мерзкий мальчишка, — провизжала в сладострастном предвкушении китаянка, — докажи, что ты умеешь не только болтать!

Кто‑то из стражников схватил Роберта за волосы и с силой воткнул голову несчастного мужчины под задранное платье императрицы. В нос ударила гремучая смесь из запахов мочи и давно немытого старческого тела.

— Мне всего‑то семьдесят семь, — слышался дребезжащий голос самопровозглашенной дочери Будды, — всего‑то семьдесят семь, и я так молода!

Поморщившись и преодолевая подступившую к горлу тошноту, Роберт зажмурился и высунул язык…

Когда Роберт, вздрогнув от ужаса, снова открыл глаза, он с облегчением понял, что от похотливой императрицы его отделяет как минимум 1350 лет. А, может, и больше. Старая развратная сука жила, конечно, слишком долго, но все же это было очень — очень давно. Однако чувство гадливости никак не могло оставить мужчину.

«Я так и не понял, что это всего лишь сон, — огорченно подумал Роберт, — кажется, я сдаю позиции, совсем расслабился…»

В спецшколах обучают многим вещам, в том числе и контролю над сновидениями. Не ахти какое дело осознать себя спящим. Да и зацепки имелись: императрица времен династии Тан в длинном платье девятнадцатого века на троне с двуглавым орлом… Можно было и догадаться, что это просто игра разума.

— К черту весь Китай! — прошептал Роберт, затем посмотрел на тройное «К», вытатуированное на тыльной стороне ладони, и провел рукой по смятой простыне.

Там, где, по мнению мужчины, должна была лежать Маша, никого не оказалась. Значит, уже принимает душ. Роберт прикрыл веки и потянулся. Приятные воспоминания прошедшей бурной ночи тут же заставили забыть о нелепом сне.

«Маша, Машенька, зайчонок …»

Возможно, Роберт еще долго бы рефлектировал в сладостной полудреме, если бы неожиданно не заиграла приятная музыка и монотонный женский голос, лишенный каких‑либо эмоций не сообщил:

— Роберт, московское время восемь утра. Пора вставать! Пора вставать!.. Роберт, московское время восемь утра. Пора вставать! Пора вставать!..

— Линда, — разочарованно простонал мужчина, — чтоб тебя гадину!

— Роберт, московское время восемь утра, — невозмутимо ответил голос из динамиков, встроенных в стену, — Пора вставать! Пора вставать!.. Роберт, московское время восемь утра. Пора вставать! Пора вставать!..

— Да заткнись ты уже!