Страсть по-флорентийски

Шторм, бушующий снаружи, гасил сигнал.

Шеннон еле слышно выругалась, снова нажав дрожащими пальцами кнопку «повтор» на телефонной трубке, перед тем как поднести ее к уху.

Страх окутал ее с ног до головы, словно она оказалась в куче отвратительных пауков. Ей во что бы то ни стало нужно дозвониться.

– Ну, давай же… – бормотала она, стиснув зубы от напряжения.

Пять минут назад Шеннон выбежала из такси и бросилась к дому. Неприятности начались с того самого момента, когда она проспала утром. В спешке, боясь опоздать на рейс в Париж, она выскочила из квартиры, забыв взять мобильный телефон, и без него чувствовала себя весь день потерянной.

Вдобавок ко всему деловая встреча не стоила потраченного на нее времени. Темпераментные супермодели и талантливые дизайнеры совершенно не контактировали. Стоило какой-либо супермодели взглянуть на стройную, длинноногую фигуру дизайнера, как она расценивала это как непосредственную угрозу. И можно было только гадать, почему какой-то идиот вообразил, что невысокие рыжеволосые девушки могут конкурировать с почти двухметровыми грациозными, худенькими, скуластыми блондинками. Но все надеялись, что модель, благодаря своему появлению на экране компьютера, позволит Шеннон спроектировать ее рекламный веб-сайт.

Шеннон прилетела обратно в Лондон, с трудом поймала такси и вымокла до нитки, пока бежала до дома. Мобильный телефон, лежащий на столе в холле, сообщил ей, что у нее дюжина пропущенных звонков, большинство из которых было от ее партнера по бизнесу Джошуа, требовавшего объяснений, какого черта она не подходит к телефону.

Но было еще одно сообщение, которое повергло ее в полный шок. «Шеннон, позвони мне на этот номер как можно быстрее. Произошла авария».

У нее перехватило горло. Тот, кто отправил это сообщение, не назвал свое имя, но сквозь помехи слышался низкий, мягкий голос с акцентом. Шеннон предположила, что звонок был от мужа ее сестры Анджело, а это означало, что в аварию попала Кейра.

– Проклятие! – пробормотала она, снова и снова нажимая на «повтор», когда раздался резкий звонок в дверь.

Не выпуская из рук трубку, Шеннон пошла в прихожую, перешагнула через сумку, которую бросила прямо на пол, и схватилась за дверной замок. Связь по-прежнему не работала. Шеннон распахнула дверь и застыла, обнаружив на пороге человека, которого меньше всего ожидала увидеть.

Очень высокий, широкоплечий, в длинном черном пальто, он с трудом вмещался в дверной проем. Шеннон почувствовала такое головокружение, что была вынуждена ухватиться за дверь, – Лука, боже мой, – ошеломленно прошептала она.

Не произнеся ни слова, он протянул руку, взял из ее онемевших пальцев телефон, затем начал продвигаться вперед, вынуждая ее отступить.

Тяжело дыша, Шеннон сделала пару шагов назад, пока не уперлась спиной в стену. Широко раскрыв глаза и не моргая, она смотрела на него, в то время как он повернулся к ней спиной и в гробовой тишине закрыл дверь.

Неожиданно холл уменьшился до невероятных размеров, и у Шеннон появилось странное ощущение, будто она тоже начинает съеживаться.

Лука Сальваторе, представитель огромной флорентийской империи Сальваторе. Человек безудержных страстей. Бывший любовник ее Шеннон Гилбрайт, сестры жены его брата.

Шеннон прожила с ним шесть прекрасных месяцев, прежде чем надежда выйти за него замуж рухнула. Сейчас Лука смотрел на нее так холодно, что у нее заныло сердце.

Он стряхнул с плеч капли дождя, затем кинул быстрый взгляд на лежавшую на полу сумку.

– Ты уезжала, – проговорил он спокойно. У него был прекрасный английский с небольшим итальянским акцентом.

– Да, в Париж.

Лука кивнул с таким видом, словно она только что подтвердила какое-то его предположение, хотя Шеннон, хоть убей, не понимала, какое именно. Ей следовало бы волноваться о своей сестре, но в данный момент она могла думать только о нем.

Кейра… Подняв на Луку огромные голубые глаза, Шеннон уже разомкнула губы, чтобы потребовать от него объяснений о том, что случилось с Кейрой, но Лука заговорил первый.

– Мы здесь одни? – спросил он и, не дожидаясь ответа, решил сам узнать это. Перешагнул через сумку и принялся открывать двери.

Шок, испытанный Шеннон, сменился сильнейшим испугом. Два года назад Лука вернулся в свою квартиру во Флоренции, застав Шеннон врасплох, когда она прятала доказательства того, чем занималась в его отсутствие.

Тогда Лука таскал ее из одной комнаты в другую, выясняя, куда она дела своего любовника. И сегодня, похоже, он был готов обыскать весь дом.

– Ублюдок, – выдохнула Шеннон и, с трудом оторвавшись от стены, на дрожащих ногах пошла в гостиную.

Холодную темноту комнаты смягчал только свет от уличного фонаря. Шеннон дотянулась до выключателя и зажгла свет, автоматически подошла к окну и опустила кремовые шторы, прикрыв залитое дождем стекло.