Страсть к мятежнику

3 августа 1775 года

– Томас, перестань! Что ты делаешь? – Эрия Даннинг пыталась вырвать руку, но не тут-то было, цепкие пальцы еще крепче обхватили запястье. Томас настойчиво тянул девушку за собой, увлекая в темноту веранды. Чем дальше они уходили от стеклянных дверей, погружаясь в душистый ночной воздух, тем приглушеннее становились звуки званого вечера, доносящиеся из дома.

– Томас, пожалуйста!

– Ш-ш-ш…

Щеку Эрии слегка царапнула виноградная лоза, вьющаяся по шпалерам. Девушка отпрянула и едва успела подхватить пышную юбку, чтобы не задеть красивое экзотическое растение в кадке. Томас резко повернулся на каблуках и, ухватив Эрию за локоть, притянул к себе. Густая листва бесчисленных декоративных растений надежно скрывала их от посторонних глаз.

– Эрия, дорогая, – произнес он хриплым от волнения голосом. – Я должен был тебя увидеть.

– Ты сошел с ума? Не успела я здесь появиться, как ты прислал за мной Роберта Бердетта… теперь притащил в темноту… Ты даже не поздоровался со мной, – она уперлась ладонями в его грудь, пытаясь уклониться от объятий. Томас наклонил голову, но Эрия увернулась от поцелуя, и его губы лишь скользнули по щеке девушки. Догадка о возможной причине такой таинственности заставляла возмущенно пылать ее лицо. Чем больше предположений она строила, тем тревожнее становилось на душе.

– Эрия, не сердись на меня, – Томас сделал еще одну попытку покрепче прижать девушку к себе. – Я так соскучился… едва мог спать по ночам… постоянно думал о тебе.

– Мне трудно в это поверить, – она торопливо взглянула ему в лицо. Теперь, когда глаза привыкли к темноте, стало заметно, насколько он напряжен. – Чтобы облегчить страдания, тебе достаточно вскочить на лошадь и через час оказаться в «Королевских Дубах». Ты не появлялся там три недели. Неужели после всех месяцев, что ты за мной ухаживал, совершенно забыл к нам дорогу?

Томас заметил, как глаза девушки наполнились слезами, и сердце болезненно сжалось.

– Эрия… – он погладил ее по щеке, затем пальцы скользнули к шее и замерли на плече. – Я не мог прийти. Не мог.

– Не мог? Был настолько занят? – она отшатнулась, стараясь подавить готовые прорваться слезы. – А может, дорога к дому Джанет Морланд показалась тебе намного короче?

– Джанет? – Томас нахмурился, понимая, что девушка недалека от истины. В данный момент он ощущал себя полнейшим ничтожеством. – Эрия… я могу все объяснить.

Объяснить… Не извиниться, не оправдаться, а объяснить. Значит, это правда. Руки Эрии непроизвольно сжались в кулаки. Все это время Томас ухаживал за Джанет Морланд. Ее высокий, восхитительный Томас ухаживал за другой! От этой мысли слегка закружилась голова, но она нашла в себе силы стряхнуть с себя его руки и отступить назад к деревянным перилам. Следует обрушить на него весь свой гнев. Она имеет на это полное право.

– Объяснить? Нет уж, спасибо! Все и так предельно ясно, – голос предательски дрогнул, и девушка в ярости прикусила губу. – Нет! – Она оттолкнула Томаса, попытавшегося вновь обнять ее, и сделала еще два шага назад. Напряжение буквально повисло в воздухе. Наконец, Эрии удалось справиться с обуревавшими ее чувствами, девушка вскинула подбородок.

– Почему, Томас? – хрипло прошептала она, чувствуя, как земля уходит из-под ног. – Почему?

– Неужели ты думаешь, я стал бы заглядываться на других женщин, а тем более ухаживать за ними, если бы у меня была хоть малейшая надежда, что мы когда-нибудь будем вместе? – Томас схватил Эрию за плечи и с силой притянул к себе. Жар его рук подавил ее сопротивление и заставил взглянуть ему в глаза. – Жизнь без тебя – одно страдание.

– И поэтому ты решил найти утешение в другом месте, – произнесла девушка, чеканя каждое слово и изо всех сил стараясь унять дрожь в голосе.

– Эрия… – простонал Томас, в отчаянии запрокидывая голову. – Твой отец… После того ужина он последовал за мной и приказал прекратить ухаживать за тобой… Даже запретил видеться. Сказал, я глубоко пожалею, если… если когда-нибудь вновь появлюсь в «Королевских Дубах».

– Отец? Не верю! – воскликнула Эрия. – Зачем моему отцу запугивать тебя и запрещать видеться со мной? – Вопрос, скорее, предназначался ей самой, а не несчастному Томасу. Действительно, зачем? Впрочем, что греха таить, нрав отца известен далеко за пределами графства. И все-таки должно быть какое-то разумное объяснение.

– Он сам не свой, Эрия, когда дело касается тебя, – высокая фигура Томаса Бранскомба еще ниже наклонилась над девушкой. Та чувствовала, как дрожат на ее плечах его руки. – Знай он сейчас, что мы вместе, в мгновение ока вышвырнул бы меня отсюда.

– Но что он имеет против тебя? – с вызовом спросила Эрия, отчаянно пытаясь найти оправдание поступку отца. – Почему запрещает появляться в «Королевских Дубах»?

– Он считает, что я… мы все… недостойны тебя, – с трудом выдавил молодой человек, заново переживая свое унижение.