Страсть ей к лицу

Из своего укрытия, вблизи величественного лондонского дома маркиза Ормсби, Ашер Корделл наблюдал за прибытием и отбытием модных экипажей. Любой член общества, все еще остававшийся в городе в конце июня и достаточно удачливый, чтобы получить приглашение на ежегодный бал-маскарад лорда Ормсби, с радостью соглашался приехать. Традиция зародилась всего двадцать лет назад, и со временем бал-маскарад стал символизировать окончание сезона. Через несколько дней большинство аристократов разъедутся по всей стране и проведут остаток лета в своих загородных поместьях.

По лондонским понятиям, час был довольно ранний. Еще не пробило и полуночи, и Ашер решил, что потратил немало времени, определяя, все ли идет обычным порядком. Сегодняшнее дело не казалось трудным. Простое ограбление — детская игра для него. Он уже отрепетировал способ проникновения в дом, обнаружил, что вполне может перебраться через заднюю ограду и пройти через сад в библиотеку маркиза Ормсби.

Вчера вечером во время последней репетиции он решил было украсть знаменитое бриллиантовое колье Ормсби, но отказался от этой мысли. Изменение планов в последнюю минуту, как ему уже было известно по собственному опыту, может привести к фатальным последствиям.

Ашер невольно поморщился. Иисусе! И привело бы, можно не сомневаться. События прошлой весны в Шербрук-Холле несомненно это доказали. Возможно, исход был бы совсем иным, придерживайся он первоначального плана!

Ашер вздохнул.

Хотя... может, и нет... Коллард задумал недоброе. И трудно сказать, как бы все это кончилось. Достаточно скверно уже и то, что Коллард убил этого мерзкого типа Уитли, пусть и для того, чтобы спасти собственную шкуру.

Ашер отбросил воспоминания и сосредоточился на предстоящем ограблении. Оно будет последним. Больше он не станет так рисковать. После сегодняшней ночи он уедет в Кент и будет управлять собственными поместьями. Пора уже начинать вести жизнь респектабельного, богатого джентльмена-фермера, каковым его считают окружающие.

Спеша поскорее распрощаться с прошлым, Ашер уже был готов пробраться за дом, однако, узнав очередной экипаж, остановился. Экипаж нельзя было назвать модным, а четверку гнедых — породистой, но его пассажирку встречали как королеву: большая компания безупречно одетых джентльменов выстроилась на ступеньках в два ряда, в надежде привлечь внимание дамы.

Ашер ухмыльнулся. Кто бы мог предположить, что восемнадцатилетняя Талия Керквуд возьмет Лондон приступом? Ее осыпали одами, поэмами, восхваляющими ее необыкновенную красоту, благодаря ей лондонские продавщицы цветов стали значительно богаче. Скромный, домик, в стороне от Кавендиш-сквер, снятый на сезон отцом девушки, уже немолодым мистером Керквудом, был буквально завален цветами. Ходили слухи, что за Талию дрались на дуэли и что с начала мая ее отец отказал полудюжине влюбленных, весьма завидных женихов, причем кое-кто даже должен был в будущем сделаться обладателем титула.

К досаде и расстройству многих молодых джентльменов, последнее время в мужских клубах заключали пари на то, что до конца сезона будет объявлено о помолвке Талии с графом Касуэллом.

Собравшиеся на маскараде не прилагали особых усилий, чтобы быть неузнанными, и каждый мог распознать высокую фигуру Талии и ее белокурые волосы, блестевшие в свете фонарей. Бархатный сапфирово-синий плащ прекрасно оттенял ее красоту и подчеркивал ледяную голубизну сверкающих глаз. Джентльмены буквально вились вокруг нее, как пчелы над душистым бутоном. Слуги, кланяясь и пресмыкаясь, открыли входную дверь.

В этой суматохе появление Джулианы — старшей сестры Талии — осталось почти незамеченным. Хотя ее муж умер четыре года назад, Ашеру было трудно думать о ней как о вдове.

При виде того, как Джулиана бережно подхватывает подол светло-зеленого платья, его губы дрогнули. Она была на пять лет младше его и сейчас, в свои двадцать восемь, выглядела ровесницей его младших сестер. Да, Ашер всегда считал ее кем-то вроде сестры. Ему была невыносима мысль о том, что она уже побывала замужем.

Ашер покачал головой. Как жаль, что ее муж, сын баронета, владевший обширными поместьями в Гемпшире, умер от воспаления легких всего через три года после свадьбы. Детей в браке не было, но после смерти мужа Джулиана оказалась весьма состоятельной вдовой и вскоре купила очаровательное поместье, милях в пяти вниз по дороге от дома, в котором выросла. Поскольку мать сестер Керквуд давно скончалась, Джулиана вернулась к прежней роли воспитательницы Талии. Сам мистер Керквуд ненавидел непрерывную череду балов и вечеринок, столь необходимых для успеха в свете молодой девушки, так что на долю Джулианы выпали обязанности дуэньи. По мнению Ашера, это было чистейшей глупостью, особенно если припомнить юношеские эскапады Джулианы. Он считал, что если кто-то и нуждался в дуэнье, то не младшая, а старшая сестра.