Странник между мирами

Машина была черная. Корпус черный, бампер черный, колеса черные и стекла тоже черные. Дождь оседал на блестящей поверхности черными маслянистыми каплями. Черный автомобиль в ночной тьме. Эверетт Сингх застегнул молнию до самого подбородка и натянул капюшон, наблюдая, как черная машина ползет вверх по склону вплотную за его отцом, вовсю налегающим на педали. Вечер был самый неподходящий для велосипедных прогулок. Деревья раскачивались, махая ветвями на ветру. Ветер — враг велосипедиста. Новогодние украшения на фасаде Института современного искусства дергались и громыхали. Эверетт давно заметил: каждый год, как только городской совет Стоук-Ньюингтона развесит на улицах фонарики к зимним праздникам, обязательно поднимется буря и все их посрывает. Он отправил городскому руководству письмо по электронной почте с советом вешать фонарики на неделю позже. Они даже не ответили! Буря и в этом году налетела, как обычно, — вдоль Хай-стрит валялись сорванные ветром украшения.[1] Эверетт Сингх всегда обращал внимание на такие вещи: совпадения, взаимосвязи и закономерности.

Потому и автомобиль заметил. Вместо того, чтобы раздраженно обогнать медлительного велосипедиста, черная машина сбросила скорость и упорно следовала за ним. Лондонские машины так себя не ведут, особенно в холодный дождливый вечер понедельника, поднимаясь вверх по Мэллу за десять дней до Рождества. Папа, конечно, ни сном ни духом. Когда Теджендра садился на велосипед, он уже ничего вокруг не видел. Он увлекся велосипедной ездой вскоре после развода. Говорил, что это прекрасный способ передвижения, быстрый, экологичный и помогает держаться в хорошей спортивной форме. Эверетт рассказал об этом на сайте Divorcedads.com. Форум был создан с самыми благими намерениями — чтобы «дети могли обсудить в Интернете тяжелые переживания, связанные с разводом родителей». А дети превратили отведенное им сетевое пространство в клуб для разговоров о дурацком поведении отцов. Постоянные посетители форума единодушно объявили, что для разведенного папы вполне типично купить роскошный двухподвесочный маунтинбайк за четыре тысячи фунтов и ездить на нем по таким дорогам, где днем с огнем не найдешь пригорка выше, чем «лежачий полицейский». Участник с ником Удавка полюбопытствовал, почему было не купить «Порше», как все. «Потому что мой папа — не такой, как все», — ответил Эверетт.

Другие отцы дают сыновьям имена знаменитых футболистов, или родственников, или тех, кто выступает по телевидению, а Теджендра назвал сына в честь ученого-физика. Другие после футбольного матча ведут сыновей в пиццерию, а Теджендра устраивал в своей новой квартирке «вечера кулинарных изысков». После каждого матча любимой команды «Тоттенхэм Хотспур» на своем поле они с Эвереттом устраивали пир по рецептам разных стран. Теджендра любил тайскую кухню, Эверетту хорошо удавалась мексиканская. Другие отцы водили сыновей на лазерный пейнтбол, занимались с ними картингом или серфингом, а Теджендра брал с собой Эверетта в Институт современного искусства, на лекции о нанотехнологиях, фрикономике и о том, что будет, когда иссякнут природные запасы нефти. Эверетту нравилось. По крайней мере, не скучно.

И вот сейчас Теджендра жал на педали, нагнув голову от ветра и дождя, сверкая флуоресцентной лайкрой, светодиодным проблесковым маячком и отражателями, а за ним на малой скорости следовал здоровенный черный автомобиль немецкого производства. Отцы-индусы не должны носить лайкру, подумал Эверетт и замахал рукой. Продернутые в манжеты гибкие светящиеся шнуры выписывали в воздухе замысловатые сияющие кривые. Теджендра заметил, помахал в ответ, велосипед немедленно завихлял, Теджендра был совершенно бездарным велосипедистом. Встречный ветер чуть не погнал его назад, в сторону Конститьюшн-хилл. Почему эта машина никак его не обгонит? Ползет не быстрее десяти километров в час. Ага, ускорилась! Взревев мотором, обошла велосипедиста и остановилась, преградив ему путь. Теджендра вывернул руль и затормозил, чуть не сверзившись при этом на землю.

— Папа! — закричал Эверетт.