Стихотворения

© Макеев М. С., предисловие, 2021

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2021

Казалось бы, стать большим поэтом Некрасов был не должен. Для этого не было никаких предпосылок. Родился он (28 декабря 1821 года) в семье заурядного помещика средней руки Алексея Сергеевича Некрасова, чьи культурные интересы ограничивались преимущественно своеобразной поэзией охоты и любовью к духовым оркестрам (вынесенной, видимо, с военной службы, в которой он больших чинов не достиг) и его чуть более культурной жены Елены Андреевны, в девичестве Закревской (чью развитость поэт в посвященных ей стихах будет преувеличивать). Детство Некрасов провел в Ярославской губернии в родовом имении Грешнево. По тогдашним меркам ничего особенно поэтического его не окружало: крестьянские дети, с которыми он любил играть, простая природа средней полосы России, неподалеку Волга с ее водами и преимущественно торговыми кораблями (расшивами, барками, баржами), которые приходилось тащить по трудным местам бурлакам. Никто тогда и представить себе не мог, что именно все это может стать предметами самой высокой лирики.

Поэзия же в это время увлекалась экзотическими странами и пейзажами, описывала бурные страсти романтических героев. Поэты переводили и переиначивали Шиллера и Гейне, Байрона и Гете, погружались в сложные туманные рассуждения Канта, Шеллинга и Фихте. И к этому богатству Некрасову приобщиться не удалось в те годы, когда такие запасы у человека складываются: учился в Ярославской гимназии он плохо, оставался на второй и даже третий год, и в результате отец забрал его домой до окончания курса. До конца жизни Некрасов не проявлял интереса к отвлеченным философским построениям, не знал иностранных языков (даже французского, который знали, кажется, все). К поэзии, которой увлекся в гимназии, он таким образом был совершенно непригоден. Это показала судьба его ранних стихотворений, которые он писал, подражая тем, что печатались в журналах, имевшихся в гимназической библиотеке. Изданные в виде сборника, названного «Мечты и звуки», в 1840 году, они совершенно провалились у публики и не вызвали восторга критики, поскольку были не только похожи на все, что тогда печаталось, но и были скорее хуже среднего уровня тогдашней поэтической продукции. Да и сама романтическая поэзия уже начинала сходить с литературной сцены, переставала интересовать читателей. Между тем именно с надеждой на успех книги и в предвкушении той славы и богатства, которые она принесет (а не для того, чтобы поступить в кадетский корпус, как надеялся снабдивший его небольшой суммой денег отец), наивный недоучившийся гимназист прибыл в 1838 году в Петербург.

Совсем непоэтично реагировал Некрасов на свою неудачу и крушение надежд на обретение денег и славы гениального поэта — оставшись без денег и без поддержки отца (отказавшегося финансировать непонятно чем занимавшегося в столице сына), он не сошел с ума, не умер с голоду, не спился и не вернулся с позором в отчий дом. Непоэтическая часть его личности — цепкость, рано проявившаяся практическая склонность, предпринимательский талант — не дала ему пойти ни по одному из этих путей (хотя через короткий период нешуточных бедствий в мрачном осеннем Петербурге ему пройти пришлось). Некрасов занялся мелким литературным предпринимательством (издавал юмористические сборнички, не брезговал даже рекламными афишками в стихах), устроился в средней руки литературно-театральный журнал, начал писать фельетоны в стихах и прозе, обзоры литературы, рецензии на театральные представления, затем начал сочинять и ставить на петербургской сцене водевили собственного сочинения, а также переделки французских комедий и мелодрам (под псевдонимом А. Перепельский) и даже приобрел на этом поприще относительно популярное имя. Словом стал литератором, пусть и не таким, о котором мечтал. Многое из того, что он тогда (1840–1843 годах) писал, сохранилось (что-то утеряно из-за анонимности такого рода журнальной продукции): в этой продукции встречаются удачные шутки, затейливые рифмы, иногда острые каламбуры, нравившиеся непритязательной публике. Но, конечно, ничего из того, что он тогда написал, не выдержало бы испытания временем — подавляющее большинство написанного Некрасовым тогда интересно нам сейчас только потому, что оно написано этим, совсем другим поэтом.