Стихийник: Артефакт душ

Сказания нового времени. Истоки

…И пришёл в темный мир без названия небесный Творец, и принес он с собой пламя. И осветил своим пламенем землю, которую населяли чудовища и демоны, дабы уничтожить скверну. А тех, кого не настигло праведное пламя, прогнал в край вечной мерзлоты и пустоши, запечатав навек во льдах…

332 г от нового летоисчисления.

Монолитный, сводчатый зал, высеченный в самом сердце Алой гряды Смирения, был, как и любой храм нежити, неприметный снаружи и величественным внутри. Мрамор с золотыми прожилками по полу и потолку, монументальные колонны, украшенные утонченной резьбой, рассказывающие об истории этого места, а так же стены, усыпанные криоликами, – природными камнями, что были призваны не только разгонять мрак и холод, но и подсвечивать исполинское изваяние, – Богиню похоти и страсти со змеиным ликом, – Ванадис.

Хитрый прищур змеиных глаз, лукавая улыбка и бледная чешуйчатая кожа, с ног до головы усыпанная рубиновой крошкой, словно брызги крови, что никогда не смоются. Прекрасное воплощение божества. Прекрасный храм, который можно разглядывать до бесконечности, ища ответы на возвышенные вопросы о той стороне человеческой натуры, что забирает стыд. За одним исключением, – Храм нещадно окуривали ядовитыми парами мерисы, забирающей у мужчин рассудок и волю, превращая в покорное нечто, с пустым взглядом.

Скрываясь в тени каменной балюстрады возле змеиного лика, Райнхард опустил голову на холодный камень, стирая с лица крупные капли пота, развернул мелкий мешочек, жадно вдохнул порошок из смеси терпких трав, пытаясь заглушить мерису. Всеми силами надеясь, что противоядие горе-ведуньи не подведет и его разум останется при нём.

В какой-то момент, потеряв счёт времени, и, вероятно, забыв в очередной раз вдохнуть порошка, Рейнхард заметил, как одна из змей, изображенных на мраморном полу в оплетении терновника и изломанных лучей, шевельнулась, недобро сверкнула желтыми глазищами, как будто предупреждая о чем-то. Но, о чем, мужчина подумать не успел. Зал стал наполняться мелодичными голосами, шорохом летящих тканей и мягким топотом множества женских ног, вернее, послушницами, чтивших, змееподобную богиню.

– Ванадис! Предводительница, Дис! Взываем к тебе, как дети взывают к матерям своим!

Высокие женские голоса разнесли эхо под древними сводами, что заставило Райнхарда скривиться и податься вперед. Он принялся рассеянно изучать фигуры, одетые в широкие полупрозрачные камизы, не скрывающие свежесть и красоту юных тел. И их предводительницу. Жрицу, в накидке из красного бархата, чьи тяжелые черные косы держала изящная диадема в виде змеи с открытой пастью, в которой лежал огромный, невероятной чистоты рубин.

– Превосходно… – Протянул Райнхард, готовый сорваться вниз, схватить с головы женщины венец и вернуться в Бранибор, но всё же, надышавшись мерисы, он не сразу сообразил, в каком кармане лежит осколок анимуса, открывающей точечный портал. Потом не сразу вспомнил, какая руна активирует камень. А когда вспомнил, вновь отвлекся на действо внизу.

Черноволосая подошла к каменному алтарю, бормоча религиозный бред, и начала медленно лить кровь на статуэтку змеиной богини.

– Ванадис, освети нас своей милостью, услышь нашу молитву и прими жертву, отмеченную тобой на новой луне! Дабы поглотить ее силу, поддерживающую твое бессмертное существование, и уничтожить чрево, дающее жизнь скверне!

Из отверстия в скале за ее спиной жрицы вывели под руки юную деву, чья бледность и волосы напоминали пески Самума. Девушка была смиренна, шла не спеша, будто сотворенная из воздуха, и если бы не пальчики на ногах, которые она подгибала, ступая по стылому камню, можно было подумать, что она призрак.

Райнхард нахмурился, его светлые брови сошлись на переносице. Он вновь попытался активировать портал. Но ничего не вышло. Чертыхаясь, мужчина резанул по запястью небольшим кинжалом, сплел пальцы и нарисовал перед собой несложный рунический узор, который на краткое мгновение притянул порыв свежего воздуха, отогнав пары ядовитого растения, и помог спрыгнуть вниз, в последний момент замедлив падение потоком встречного воздуха.

Судя по лицам женщин, представление Райнхарда получилось эффектным. Правда, мужчина думал, что они в панике разбегутся. Чего он, в принципе, и добивался, но был неприятно удивлен, когда понял, что девицы не только остались на месте, но и с нескрываемым, даже жадным любопытством его рассматривают.

– Бездна! Пойдите прочь, ведьмы! Я заберу лишь венец и девчонку.

Изломанная бровь жрицы в красном бархате приподнялась. А губы растянулись в плотоядной улыбке:

– Куда же нам идти, альх? Мы в своем праве, это наш дом.

На давно забытое прозвище мужчина не отреагировал, но женщина уловила в его стальном взгляде темноту и, самодовольно улыбнувшись, шагнула ближе.