Стихия боли

Современный обыватель привык к тому, что все заседания правительства транслируют по телевидению. Некоторых это раздражает, других беспокоит, дескать, есть куда важнее новости, но большинство к происходящему относится с безразличием, своя личная жизнь и свои проблемы занимают голову куда больше. И все же определенная категория граждан с неподдельным интересом следит за подобными репортажами и даже записывает на видео, чтобы потом несколько раз просмотреть: а вдруг удастся выхватить что-то интересное, а потом составить «секретный доклад», аналитическую справку или по-быстрому накрапать статью с намеком на «источник из правительства».

Несмотря на внешнюю открытость подобных заседаний, в действительности это всего лишь верхушка айсберга. На самом деле журналистов зовут лишь для констатации факта заседания, все остальные обсуждения проходят в закрытом режиме, ибо решаемые проблемы, как правило, находятся под грифом «Государственная тайна». И любая, даже короткая фраза, произнесенная вскользь, может стоить стране миллиардных убытков. Для эффективности управления экономикой такой гигантской страны, как Россия, был создан президиум при правительстве, в который кроме премьер-министра входила вся когорта его заместителей. На заседания президиума приглашались руководители той или иной отрасли, и вопрос решался именно по ней, не позволяя отвлечься на что-либо постороннее.

Недавно назначенный премьер-министр был в свойственной ему манере краток:

— Наша цель не просто вывести Россию на уровень мировых держав, мы должны совершить качественный скачок вперед, а для этого мало быть одним из крупнейших экспортеров углеводородного сырья. Необходим технологический прорыв: космос, атомострой и нанотехнологии, — это перспективы из не далекого, но все-таки будущего. Останавливаться сегодня на металлургии и химической промышленности мы и вовсе не будем, это тема другого заседания.

Сейчас мы обсудим наш ВПК и, соответственно, работу на мировом рынке оружия. Это наиболее технологически развитая отрасль.

Премьер замолчал и выразительно посмотрел на главу «Росэкспорторужия», отвечать следовало ему.

Чиновник проворно вскочил со своего места и почти с гордостью проговорил:

— Действительно, наш Военно-промышленный комплекс наиболее передовой в технологическом смысле. Последние десять лет мы стабильно занимаем второе место по продаже вооружений, далеко обогнав страны Европы, Китай и Израиль. Уступая лишь Соединенным Штатам Америки.

— Почему? — негромко спросил премьер.

— Разрешите зачитать лишь некоторые цифры, — глава «Росэкспорторужия», будто не расслышав вопроса, открыл свою папку и водрузил на нос очки в тонкой титановой оправе.

— Цифры сейчас не имеют значения, меня интересует, почему мы уступаем американцам, — делая ударение на последних словах, премьер исподлобья посмотрел на руководителя оружейного департамента. — Насколько мне известно, наши образцы ни в чем не уступают штатовским, а то и вовсе их превосходят по тактико-техническим характеристикам.

Никто из присутствующих не решился возразить главе правительства, и не потому, что тот находился на иерархической вершине власти, а по той причине, что в свое время он лично ознакомился с большинством современных образцов боевой техники: опускался на дно в подводной лодке, летал на самых современных истребителях и стратегических ракетоносцах, присутствовал на стартах «Тополей» и «Эскандеров». И сейчас, когда речь зашла о технике, он четко знал, о чем говорит.

— Ну, США продают вооружение своим союзникам и странам, с которыми у них тесные политико-экономические связи, — неуверенно пробормотал руководитель «Росэкспорторужия», окончательно стушевавшись под цепким взглядом премьера. — Но зато мы надежно занимаем свою нишу на долгосрочных контрактах.

— Этого мало, — резко произнес глава правительства. — На оружейном рынке, как и на любом другом, главным является конкуренция. Поэтому хотелось бы услышать вразумительный ответ, почему мы с более качественным товаром остаемся на втором месте?

— За последние четыре года мы расширили наш рынок, — подал голос глава оружейного департамента, до недавнего времени сам занимавший кресло «Росэкспорторужия», — увеличив прибыль почти на полмиллиарда за счет Венесуэлы и Малайзии.

— Это, конечно же, шаг вперед, но назвать прорывом все же нельзя, — премьер по обыкновению был категоричным. — Для того чтобы двигаться вперед, нужно определить направление и учесть все ошибки. Итак, повторяю: почему мы плетемся за американцами?