Ставка на фаворита

Лето выдалось жаркое. С апреля, в нарушение, казалось бы, стойких традиций английского климата, в городе не выпало ни одного дождя, и к началу июня жители Лондона уже изнывали от духоты. Необычное явление, говорили друг другу лондонцы при встрече, и лица у них становились тревожно-задумчивыми. Традиционные разговоры о погоде в гостиных, кафе и магазинах приобрели столь таинственный и многозначительный характер, словно речь шла о высадке инопланетян где-нибудь на окраине столицы Англии, тщательно замалчиваемой в правительственных кругах. Они не знали, что на последнем перед летними каникулами заседании кабинета министров говорилось об аномальной жаре в Лондоне. Министры тоже люди, и ничто человеческое им не чуждо.

Наверное, единственным местом во всем Лондоне, где не было сказано ни слова о погоде, был зал заседаний Международного инвестиционного банка, где проходила деловая встреча руководителей банка с президентом недавно созданной фирмы «Сифорт маритайм» и разговор шел о деньгах. О больших деньгах, с помощью которых, как уверял руководителей банка президент фирмы Джон Линг, будет создана новая техника и новые технологии для разработки и добычи нефтяных ресурсов Северного моря, что, в свою очередь, принесет баснословные доходы фирме и банку. Слушая его, руководители банка братья Картеры, естественно, думали не о превратностях погоды, а о превратностях, подстерегающих их в мире финансов.

Первую половину заседания Джон Картер-младший держался стоически, слушал внимательно и даже успел проникнуться искренней симпатией к своему тезке, Джону Лингу, который старался уговорить раскошелиться его старших братьев, Ричарда и Монтгомери. Скосив глаза, он быстро взглянул на их непроницаемые лица… и ему стало скучно. Формально он тоже числился одним из высоко оплачиваемых руководителей банка. Но только формально, потому что в свои двадцать три года он предпочитал развлекаться, а не работать.

— Пустоголовый повеса! — раздраженно буркал себе под нос самый старший из братьев, Ричард Картер, обнаружив, что кабинет Джона в очередной раз пустует в самый разгар рабочего дня.

— Зачем мне работать, если решения вы все равно принимаете без меня? К тому же у нас и так деньги девать некуда! — огрызался по-мальчишески Джон, когда старшие братья и сестра пытались вразумить его.

На вторую половину заседания были приглашены эксперты крупных нефтяных компаний, чьи заключения должны были подтвердить или опровергнуть доводы президента «Си-форт маритайм». Все, что они излагали, уже лежало в отпечатанном виде в папке каждого участника заседания.

Какая волокита! — с досадой подумал Джон Картер. Все присутствующие здесь это уже давно прочитали. Несмотря на исправную работу кондиционера, в голове у него поплыл дремотный туман. Сказывалось ночное бдение за клубным карточным столом накануне. Пришлось подставить руку и упереться подбородком в ладонь, чтобы ненароком не уронить голову на полированную поверхность овального стола заседаний.

— Разработка и добыча нефтяных ресурсов Северного моря — это предприятие, требующее опыта и специфических знаний человека, а также финансовых затрат в масштабах, сравнимых лишь с освоением космического пространства…

Держи карман шире! На такие затраты мои родные скряги не пойдут, подумал Джон. Хорошо, что родители позаботились обеспечить меня отдельным капиталом, а то мои братцы в землю меня закопали бы после их кончины, лишь бы со мной не делиться. Он перестал слушать и в какой-то момент начал ощущать время как тягучую вязкую субстанцию отвратительного желтого цвета, обволакивавшую его. Потом ему представился огромный полужидкий янтарь, в центре которого он барахтался как какое-нибудь жалкое насекомое, стремящееся вырваться из плена. Картинка показалась ему настолько уморительной, что, не выдержав, Джон Картер громко хихикнул. В зале заседаний мгновенно воцарилась тишина, и Джон открыл глаза. Неужели я заснул?! — ужаснулся он и обвел глазами присутствующих. Все взгляды были обращены на него!

— Прошу меня извинить, — пробормотал он, поспешно встал из-за стола и вышел из зала заседаний.

Теперь жди головомойки! — думал Джон, меряя длинными ногами упругую ковровую дорожку в коридоре и чувствуя себя мальчишкой, сбежавшим в очередной раз с уроков. Зачем я только на свет родился! — не впервые воскликнул он про себя.