Статус: все сложно

Четыре года спустя…

Глеб.

Секретарь ставит на стол чашку кофе. Это будет третья за день. Последнее время слежу, чтобы количество не превышало две чашки в день. Сегодня лажаю. Потому что еще далеко не вечер, а глаза так и закрываются.

Рано утром мы с Ритой прилетели после небольшого путешествия по Испании. Она поехала домой отсыпаться, мне же нельзя. Я начальник, как никак. Сел в машину и поехал в салон. И теперь мечтаю уже оказаться дома, закрыть глаза и выспаться.

Гипнотизирую эту самую чашку, что третья.

– Может, ну ее нах*р и домой? – разговариваю я сам с собой.

– Вы что-то спросили? – не заметил, что секретарь так и не успела скрыться за дверью.

Только отрицательно машу головой и делаю первый глоток. Вкусный. Это радует.

Кирилл заходит без стука. Впрочем, как и всегда. Неимоверно раздражает это, но мои просьбы он упорно игнорирует, будто специально.

– Я тебя сколько раз просил хотя бы стучаться?

– А что?

– Вдруг, я тут трахаюсь? – на лице непроницаемая маска.

– Тогда я выйду, – он проходит и садится напротив меня.

– Да, но настрой ты собьешь.

– Ну я извинюсь, – улыбается широко.

– Че хотел? – прикрываю глаза, веки слипаются, что даже третья чашка не помогает.

– Слушай, у меня есть один парень. Хочет тачку для дрифта. Подыщем?

– А из того, что есть, его ничего не устроило?

– Придирчивый, засранец, – Кирилл берет фотографию со стола.

На ней мы с Ритой год назад. Отмечаем ее День рождения в Париже. В те дни я ходил и озирался по сторонам. Надеялся встретить ЕЕ? Искал ЕЕ глазами? Уже не вспомню. Рита устроила пикник на Марсовом поле. Она прочитала, что лучший вид открывается на Эйфелеву башню именно с него. Очень уж она ей нравилась. Половина фотографий из Парижа именно с этим видом. По мне – нелепое сооружение. Спорить не пытался, получил бы только укоризненный взгляд или, еще хуже, – обиды и молчание. Не самое приятное сопровождение, учитывая, что это был ее День рождения, и я сам пригласил ее в Париж.

Кирилл рассматривает эту фотографию, улыбается, как-то хитро. Мне не нравится. Вырываю эту фотографию и ставлю на место. Он приходит в себя и смотрит так, будто не было этого нелепого жеста.

– Ну так что? Поможем этому засранцу?

– Чем сможем, – киваю я.

Он уходит, на прощание помахав мне рукой.

Три года назад, с помощью отца, мы открыли автосалон по продаже спорткаров. Закупаем в Европе, а последний год и в Китае, уж больно поднялись они за последнее время, и реализуем здесь. Как оказалось, спортивные машины очень даже пользуются спросом.

Встаю, чтобы немного размяться. Спина затекает от постоянного сидения. Вытягиваюсь и хрущу костями. Почему-то вспомнилась Мила, как каждое утро она просыпалась и делала разминку. Улыбаюсь, как дебил.

Последний раз, когда мы виделись, была весна. Последние дни смешались в один. Все сумбурно, непонятно и неясно. Помню, что я замкнулся в себе, было полное равнодушие к происходящему. Как будто потерял вкус к жизни. Ничего не радовало, ничего не веселило, но и грусти тоже не было. Одна сплошная боль и разочарование.

В тот вечер она ушла, а я не стал останавливать.

Звонок выдергивает из воспоминаний, которые нет да нет, но дают о себе знать.

– Да, Рит?

– Эй, Маквин, – дурацкая кличка, которую она мне дала, один из героев не менее дурацкого мультика. – А ты когда приедешь? – голос сонный, она только что проснулась. Слегка завидую.

– Скоро. Сейчас пару дел закончу. Меня все-таки неделю не было. Накопилось, знаешь ли, – Рита скорее всего меня не слушает. Все, что касается машин и автосалона, ей неинтересно.

– Может, вечером выберемся в ресторан?

– Может. Забронируй что-нибудь.

– Я уже соскучилась, – томление в голосе, легкая хрипотца. Я представляю ее в нашей постели, разнеженную, с растрепанными волосами. И хочется все бросить и ехать домой сломя голову, нарушая правила и ограничения, как когда-то мог в другой жизни.

– Ты сейчас в постели?

– Угу

– А в чем?

– На мне только трусики. Которые ты так на мне и не разорвал, как обещал…

Шумно делаю вдох. Ее тело сводит меня с ума, ведьминские глаза околдовывают, ее губы дарят такое наслаждение, что готов исполнить любой каприз.

– Я всегда выполняю свои обещания, искусительница.

– И как ты собираешься их разорвать?

Звонок по второй линии. Незнакомый номер. С удовольствием бы не брал трубку, но по работе могут звонить новые заказчики. Автосалон последний год на слуху. Всем хочется уникальный спорткар.

– Бл*ть!

– Что? Глеб Навицкий, не поверю, что ты быстро кончил, – издевательские нотки, за которые хочется ее наказать. Она это знает и провоцирует.

– Вторая линия. Перезвоню, – сбрасываю и как-то остервенело нажимаю на вызов. Нажимаю, конечно, громко сказано, имея на руках современный смартфон.

Цифры красивые, будто из владелец долго подбирал эту комбинацию. Блатной? Мажор? А может, так совпало?

– Навицкий, – сходу отвечаю я.

– Привет, Глеб, – сердце делает пару кульбитов высотой в несколько этажей, а потом паузу, смертельную для организма.

– Мила?

Глеб.