Старый чердак

Урок черчения. Скукотища. Ну, нарисовали все свой дом. Кто-то многоквартирный и многоэтажный с множеством окон, балконов и подъездов, а Колька быстренько, в несколько линий, свой маленький, с одним входом и тремя окошками на фасаде. Только чего-то в нём не хватало. Он никак не мог понять, что же он забыл.

Молодой учитель посмотрел на Колькино творение и улыбнулся:

– Повезло тебе ― и домик красивый, и работы меньше. Тебе не кажется, что чего-то не хватает? Вот здесь как-то много свободного места.

Школьник пожал плечами:

– Не знаю, вроде всё.

– А если вот так?

Быстрым и точным движением учитель нарисовал под крышей маленький прямоугольник.

– Что это?

– Обычно в этом месте бывает чердак. Не замечал? Домой придёшь ― посмотри.

Вернувшись к доске, недавний выпускник педагогического института громко объявил:

– Всем домашнее задание. Сравнить свои чертежи с оригиналом и дополнить тем, о чём забыли. На следующем уроке мы разберём ваши ошибки и будем учиться, как их не делать в дальнейшем.

Событий в этот день было ещё много. Последние дни ранней осени. Дни, когда солнышко, перед отправкой на зимовку, ещё не упаковало в чемоданы остатки тепла, а зима не прислала своих квартирьеров ― долгие холодные дожди. Сидеть дома в это время ― просто преступление. Поэтому мальчишки сначала гоняли мяч на пустыре, а потом носились на великах по дворам и тротуарам, распугивая стайки девчонок, прыгающих через резинки.

О домашнем задании по черчению Колька вспомнил только утром, когда уже бежал в школу. Оглянувшись, он наскоро осмотрел свой дом. Из-за высокого зелёного забора, который отец недавно поставил вместо старого дувала, видна была только крыша. Но этого было достаточно. Чердак, действительно, был. «Как же я его раньше не замечал»? ― подумал Колька. Все его мысли теперь были только о двери, за которой он ни разу не был. Воображение рисовало спрятанные забытые клады и секретные карты. Ну, или хотя бы старинные вещи, которые теперь стали раритетами и стоят сумасшедших денег. Во всяком случае, какая-нибудь сломанная прялка, которую можно починить и сдать в музей, там наверняка есть. Не говоря уже о чём-то таком, чего у других пацанов точно нет.

Мечтания продлились два урока. Больше Колька не выдержал и сбежал с остальных занятий домой. Бабушке он сказал, что их сегодня отпустили пораньше, и побежал на задний двор за лестницей. Он уже хорошо умел с ней обращаться ― на участке рос высокий виноградник, и ему доверяли иногда срезать несколько кисточек к столу. Порог чердака оказался гораздо выше, чем он предполагал. Балансируя на последней ступеньке лестницы, он с трудом дотянулся до ручки дверцы. Пришлось приложить немало усилий, пока удалось открыть приросшее к косяку полотно. Наконец, со страшным скрипом, перекосившись и провиснув на одной из петель, дверь отворилась. Таинственное царство предстало перед первооткрывателем.

Нагревшийся от крыши воздух пахнул в лицо Кольки чем-то затхлым и совсем нецарственным. Это был запах пыли и черепицы с сильной ноткой кошачьих экскрементов. Первая старинная вещь, которую он увидел, был выключатель ― не лёгкий пластиковый с кнопкой, а массивный, ещё эбонитовый, с вращающимся флажком. После того как искатель приключений его торжественно, как бы открывая новый этап своей жизни, повернул, тот заискрил, затрещал и добавил к существующим ароматам ещё и запах гари.

Тусклая лампочка в глубине чердака несколько раз мигнула, погасла, а потом вдруг зажглась и осветила новые владения юного кладоискателя. К разочарованию помещение оказалось практически пустым. Только в середине, рядом с печной трубой, лежала груда каких-то вещей. Паутина, с толстым слоем пыли на ней, покрывала эту горку, словно ажурная накидка. Такие же полотнища, похожие на старые паруса или рыбацкие сети, висели по всем углам. Подойдя поближе к трубе, Колька увидел прислонённую к ней кочергу. С её помощью он осторожно убрал паутину и приступил к разбору добычи.

Первым делом попытался снять крышку с огромной, достававшей ему почти до плеч, бочки. Выглядела она как настоящая пиратская ― широкая и выпуклая, с массивными, слегка тронутыми ржавчиной, обручами. Крышка то ли рассохлась, то ли была хорошо подогнана, но никак не поддавалась. «Вот это удача ― мелькнула мысль ― Там внутри точно что-то ценное». Через несколько минут, после применения кочерги, бочка сдалась. Но в ней не было ничего. Совсем ничего, даже пыли. Только кисловатый запах то ли вина, то ли капусты. «Не беда ― утешил себя исследователь ― Здесь ещё вон сколько вещей».

Рядом с бочкой стоял большой самовар с отвалившимся краником. Его, когда-то блестящие, бока потускнели и уже ничего не отражали. Здесь же лежали примус и две керосиновые лампы. Такие же парень видел в кладовке. Бабушка про них говорила: «Пусть лежат, а вдруг пригодятся. И свет могут отключить, и газ может закончиться». Ещё один прибор был ему незнаком. «Керосинка» прочёл он на нём.