Стальное сердце

САША

Крики обезумевшей толпы оглушают.

«Крамор! Крамор! Крамор!» — Только и слышится со всех сторон.

Все взгляды присутствующих, жаждущих кровавого зрелища, зрителей прикованы к октагону.

Мой в том числе.

Там словно два зверя в клетке сошлись чемпионы.

Непримиримые соперники.

Две звезды ММА: сорокалетний, не потерявший форму и силу, несмотря на возраст Аслан Ганзаев и… относительный новичок, чья звезда засветила в полную силу в последние несколько лет, абсолютный чемпион в тяжелом весе — Антон Крамор.

Мой подопечный.

Лучший друг моего брата.

Моя больная первая любовь.

И с сегодняшнего дня мой бывший жених.

Ловкий, быстрый, сильный, словно ураган Антон неотвратимо, но верно ломает своего соперника. Ганзаев просто физически не успевает выставлять блок, и все пропущенные удары не проходят бесследно, боец вымотался, ему не хватает выносливости, чтобы суметь выстоять против стремительного напора.

Несомненно, в сегодняшнем бою опыт уступит место молодости.

Крамор неумолимо загоняет противника в угол, приближая бой к логичному концу. Единственно возможному.

Даже не верится, что всего каких — то пять лет назад Антон Крамор был обыкновенным боксером из небольшого сибирского города.

Улыбчивый соседский мальчик и одноклассник моего брата, а по совместительству и его лучший друг Антоша начал тренироваться еще под началом моего отца в спортшколе «Гладиатор». Но годы тренировок и успехи в этом виде спорта не приносили желаемого результата.

А именно, заветного чемпионского титула.

Причина была проста — мой отец знаменитый на всю область тренер по боксу Владимир Дубов пытался вылепить из Крамора аутфайтера — боксера, специализирующегося на технике дальнего боя с точными, но редкими выпадами, и умеющего держать защиту, выжидать момент и сохранять хладнокровие на протяжении всего поединка.

Подобный стиль боя абсолютно не подходил к взрывному Антону. От того более опытные соперники практически всегда продавливали его прессингом и как итог — побеждали.

Отец был упрям, как и любой спортсмен и совершенно непробиваем для чужого мнения. Если он что — то решил, то так и будет, и никак иначе. Крамор высок и имеет широкий размах — значит аутфайтер. Точка.

Именно тогда, пять лет назад я и уговорила Антона попробовать себя в МиксФайте*, где было больше возможностей развернуться его потенциалу на полную мощь.

Терять ему было нечего, и он согласился.

Сама лично разработала для него систему тренировок.

Страшно вспомнить, сколько бессонных ночей я провела за изучением всех тонкостей боевых техник, стараясь подобрать те, которые могли подойти его физической конституции, и которые он бы смог вывезти и освоить, чтобы стать бойцом смешанных единоборств.

Сколько нервов я истратила, пока искала более — менее компетентных тренеров для его переквалификации и расширения навыков.

Еще больше времени угробила, обивая пороги в поисках спонсоров. Даже занималась подбором спаррингпартнеров.

Да господи, я питание и диету для Крамора лично составляла, освоив попутно профессию спортивного диетолога — нутрициолога, потому что на хорошего спеца у нас не было лишней копейки.

Чего только не сделаешь и чем только не пожертвуешь, ради человека, которого любишь… ради своих глупых надежд на взаимность.

Вот увидите, он обязательно оценит все мои старания и полюбит так же сильно, как и я его. — Убеждала себя практически каждый день.

Только вся любовь, как и наши отношения пропитаны горечью и разочарованиями.

В основном моими.

Я хотела уйти, правда, но не могла, на поводке меня удерживали не только обещание сделать из Антона чемпиона, но и контракт.

Пять лет… пять долгих выматывающих лет я была менеджером Антона Крамора.

И все — таки добилась поставленной цели — сделала из боксера средней величины звезду смешанных единоборств — чемпиона ММА.

Пока я медленно кипячусь в своих мыслях и воспоминаниях, события в октагоне стремительно разворачиваются.

Ганзаев не успевает уйти от атаки, и Крамор ловит его в удушающий захват и валит на ринг.

Противник пытается выбраться, но куда там… хватка у Антона стальная, если вцепился, считай — конец. Освободиться можно только, если ты знаешь контрприем — выход из захвата «Гильотина»*. И даже так шансов освободиться мало.

Крамор упрямый и стойкий, может вытерпеть боль и дожать противника, собственно, что и происходит. Минута — и Ганзаев валится без сознания.

Вот и все.

Крамор поднимается, окидывая всех взглядом победителя. Скалится, словно зверь, сверкая белыми зубами.

— Безоговорочная победа присуждается Антону-у-у-у Крамору-у-у-у! — Объявляет судья и зал взрывается овациями.

Крамор в очередной раз подтвердил свой чемпионский титул.

А я наконец могу быть свободна.

Скрываюсь за дверями, отрезая от себя шум толпы.

Одинокая и гордая иду по длинному коридору, стук каблуков эхом отражается от стен.

Сворачиваю за угол и захожу в нужную дверь, попадая в своеобразную комнату отдыха с мягкими диванами и небольшими столиками.