Ссора

О то утро физиономию Дона Уитли можно было демонстрировать как образец мировой скорби. Поэтому все почтовые полицейские инспекторы облегченно вздохнули, когда шеф послал Уитли с помощником на расследование — это был случай вымогательства.

— Иногда мне кажется, что следовало бы остаться холостяком, — пробормотал Уитли, глядя угрюмо вперед, в то время как служебная машина въехала на улицу перед зданием Федерального почтового управления и влилась в транспортный поток. — Как ты думаешь. Мак?

— Не знаю, — сказал инспектор Макинтош, осторожно ведя машину.

— Человеку, прожившему холостяком до сорока лет, как я, например, очень трудно приспособиться к семейной жизни. Может быть, даже невозможно. И здесь не Каролин надо винить…

— Все уладится, — прервал его Макинтош. — Вы ведь с Каролин совсем недавно завязали этот узел, месяцев пять назад?

Уитли кивнул.

— А кажется, прошло больше, гораздо больше времени.

Макинтош подавил усмешку. Он повернул машину на авеню, вдоль которой выстроились здания контор и многоэтажные жилые дома.

— Знаешь, Дон, — сказал он, — у меня есть друг, адвокат, который занимается бракоразводными делами. Я дам тебе номер его телефона.

Глаза Уитли за роговой оправой очков быстро заморгали, затем его длинное костлявое лицо налилось гневом.

— Развод? Неужели ты думаешь, я пойду на развод из-за какой-то глупой ссоры?..

— Я просто хотел помочь, — сказал Макинтош невозмутимо. — На какое задание мы едем?

Уитли задержал взгляд на своем помощнике, потом заговорил:

— Компания «Хуббарт электроникc». Владелец компании Джошуа Хуббарт с утренней почтой получил письмо, автор которого вымогает деньги. Вот уж не ожидал от тебя, Макинтош. Адвокат по бракоразводным делам, боже!

— Прости, — проговорил Макинтош и сосредоточился на ведении машины.

«Хуббарт электроникc» находилась в огромном новом здании, которое, казалось, было сделано из хрома и дымчатого стекла. Компания располагалась в новом процветающем промышленном районе в северной части города.

Инспекторы оставили машину на переполненной стоянке и вошли в здание. Через несколько минут они очутились в обширном тихом кабинете на самом верхнем этаже. Из-за огромного покрытого стеклом стола поднялся сам Джошуа Хуббарт.

— Спасибо, что прибыли, — сказал Хуббарт. Он был небольшого роста, жилист, лицо изрезано глубокими морщинами, глаза выражали беспокойство. —Вот, пожалуйста, на столе письмо и конверт, в котором оно пришло.

Уитли положил портфель на кресло и, открыв его, вынул пинцет, которым осторожно подцепил письмо. Грязный листок дешевой бумаги для машинки был исписан от руки печатными буквами.

— У вас есть какие-либо предположения, кто мог его прислать? — спросил Макинтош Хуббарта.

Тот отрицательно покачал головой.

— Нет. Ничего подобного со мной никогда не случалось. У меня много врагов, но не таких, которые могли бы прибегнуть к анонимным угрозам или… или к чему-либо в этом роде.

— Насколько вам известно, — сказал Макинтош.

— Насколько мне известно.

Уитли поднес письмо к окну и начал его изучать под лучами осеннего солнца, заполнившего кабинет. Затем вернулся и положил письмо рядом с конвертом.

— Мак! — позвал он.

Его ассистент наклонился над письмом, текст которого, написанный карандашом, гласил следующее: «Дж. X. ты хочешь чтобы твоя внучка осталась целой мы хотим сто тысяч долларов Разложи эту сумму по пачкам банкнотами одинаковой стоимостью по двадцать долларов и меньше и положи все в большой бумажный мешок Затем оставь мешок в мусорном ящике при входе в парк на углу улиц Классен и 56-й Северной к одиннадцати часам сегодня вечером в среду Предупреждаю никаких фараонов Я буду наблюдать иначе твоей Маленькой Дж. тебе и ее родителям будет худо Никаких фараонов».

— Мистер Хуббарт, кто такая Маленькая Дж.? — спросил Макинтош.

— Моя внучка. Ее зовут Дженнифер.

Хуббарт показал глазами на фотографии в кожаной оправе, стоящие на столе. На одной была изображена дама средних лет — жена, объяснил Хуббарт, на другой — довольно-таки самодовольный молодой человек и женщина — сын и невестка Хуббарта; затем — две фотографии независимо улыбающейся девочки лет десяти, лицо которой было покрыто веснушками, — это и была Дженнифер.

— Хорошая семья, — сказал Уитли. — Я полагаю, Дженнифер — дочь вашего сына? А он знает?..

— Да, конечно. Я позвонил ему сразу же, как только получил это проклятое письмо. Он сейчас этажом ниже говорит по телефону с женой, хочет еще раз убедиться, что Дженнифер дома, а не в школе. Тем временем я послал туда двоих из моей службы безопасности, они будут нести охрану столько, сколько потребуется.

— Понятно. Что вы еще предприняли? — спросил Уитли.

— Проглотил несколько таблеток, понижающих кровяное давление, и позвонил шефу полиции — это мой приятель. Он в свою очередь посоветовал обратиться в ваш отдел, так как все это было прислано по почте.

— А кто мог прислать письмо, вы не представляете?

Хуббарт энергично закачал головой.