Спаянные на жизнь и смерть

Однажды зимой в нашу часть прибыли корейские партизаны из-за Чанбайшаня [1]. На западе догорал закат, и под его лучами искрился снег на горных вершинах. Корейцы двигались по замёрзшей реке Эланьхэ. Навстречу им вышел агитационный отряд полка. Грохотали барабаны, звенели литавры; бойцы отряда исполняли янгэ.

Наша часть выстроилась для встречи корейских товарищей на окраине деревни. Как только они показались, бойцы дружно захлопали в ладоши. Корейцы, счастливо улыбаясь, приветственно подняли руки. Одежда у них военная: простые ватники, небольшие фуражки, за плечами ранцы. Вооружены они были трофейными винтовками самых различных систем.

Лишь двое, девушка и юноша, шедшие в последних рядах, выделялись своим гражданским одеянием: на нём — белый ватник и поверх него чёрная жилетка; на девушке — ватная куртка с воротником, чёрная широкая юбка, в толстых косах пышный бант.

Вновь прибывших накормили ужином, и штаб полка распределил их по батальонам и ротам, а командиры рот — по отделениям. Юноша и девушка оказались братом и сестрой. Брата звали Ким Ен Гир, сестру — Ким Ок Пун. Ким Ок Пун оставили при медицинском пункте, а Ким Ен Гир попал в девятое отделение третьей роты.

Командир девятого отделения Чжан Ин-ху, родом из Шаньдуна, был человеком чутким, заботливым и прямодушным. Не теряя времени, он пошёл получать для Кима оружие и обмундирование. Ким остался поджидать его во дворе. Тут было шумно и весело. Китайская речь мешалась с корейской.

Чжан Ин-ху вернулся обратно, когда из-за глинобитной ограды двора уже выглянула луна. Сняв со спины винтовку, он с улыбкой протянул её Ким Ен Гиру. Тот крепко сжал винтовку в руках, посмотрел на неё долгим взглядом и, отставив в сторону, порывисто схватил Чжан Ин-ху за руку. Видно было, что ему многое хотелось сказать, но он произнёс одну только фразу.

— Я буду честно служить народу, товарищ командир отделения!..

Чжан чувствовал, что Ким Ен Гир как-то по-особенному взволнован, но не стал ни о чём его расспрашивать.

— А я, дорогой товарищ, — сказал он, крепко пожимая Ким Ен Гиру руку, — не пожалею сил, чтобы помочь вам.

Ким вскинул на плечо винтовку. Чжан Ин-ху поудобней перехватил полученное для Кима обмундирование, и они отправились в отделение.

В этот вечер все отделения устроили для новых бойцов торжественный приём. Радушно встретили их и в девятом отделении. На большом столе, поставленном на кан, было разложено угощение: арбузные семечки, кунжутные конфеты, мороженые груши, сигареты… В масляном светильнике, озаряя комнату ярким светом, горели сразу три фитиля.

Когда на пороге в сопровождении Чжан Ин-ху показался Ким Ен Гир, отовсюду послышались громкие аплодисменты, приветственные возгласы:

— Привет новому товарищу! Привет корейскому бойцу!

Ким Ен Гира усадили на тепло натопленный кан и принялись наперебой угощать сластями, сигаретами, чаем. Ким только и успевал говорить:

— Спасибо… Благодарю… Спасибо…

Интерес бойцов к новому товарищу был понятен: ведь им предстояло бок о бок жить, вместе сражаться. Конечно, не обошлось и без расспросов. Ким долгое время жил в Маньчжурии и хорошо говорил по-китайски. Но на вопросы он отвечал коротко и как-то неохотно; с лица его не сходило напряжённое выражение.

Когда он стал переодеваться, бойцы кинулись помогать ему. Ким облачился в ватник, скроенный, как это было принято в Восьмой армии, без перехвата в талии, накрутил на ноги обмотки. Чжан Ин-ху отдал ему свой ремень; боец Ван Дэ-кай, уроженец Маньчжурии, насовал в ботинки Кима мягкой, пушистой травы и надел их ему на ноги взамен старых рваных калош. В новой форме, в меховой шапке с козырьком, с винтовкой на плече Ким выглядел теперь под стать остальным бойцам Восьмой армии. От крестьянина в нём ничего не осталось. Он был невысокого роста, крепко сложен, и, несмотря на широкие скулы и глаза с толстыми веками, его трудно было отличить от китайца. Оглядев своего нового товарища, бойцы невольно улыбнулись.

— Командир Чжан! — раздался за дверью звонкий девичий голос. — Встречайте гостью!..

И, таща за собой за руку Ким Ок Пун, в комнату ворвалась раскрасневшаяся Сяо Цзян — медицинская сестра из санитарного пункта части.

— Взгляните-ка, какова теперь наша боевая подруга!

Ким Ок Пун от смущения не знала, куда девать свои руки. Тонкобровая, с милыми ясными глазами, она была очень похожа на брата. Зелёный военный костюм и её сделал неузнаваемой. Коротко подстриженные волосы и военная фуражка придавали ей задорный, молодцеватый вид. Усадив девушек на кан, Чжан Ин-ху предложил им угощаться.