Справедливость точно не отмеришь

© Корецкий Д.А.

© ООО «Издательство АСТ», 2016

История совершенно обычная, рядовая. На «Золотой Миле» подобные вещи творятся сплошь и рядом. И если бы не глупая случайность, никто, кроме Цыги и Ахмета, о ней не узнал, да и они сами забыли бы спустя недельку-другую.

Но случилось то, что случилось.

Девчонке было лет восемнадцать-двадцать, родом откуда-то из Степнянска. Детдомовская. Приехала в Тиходонск с компанией таких же оторв, как сама – в медучилище поступать. Кто-то поступил, кто-то нет. Ей повезло. Жила в общаге, даже первый курс худо-бедно закончила. Потом познакомилась с парнем-наркотом. Села на героин. Отоваривались у Цыги-старшего, поскольку Цыга открывает «кредиты» и рожа у него вполне благообразная. Когда долг перевалил за двадцать тыр[1], парень куда-то исчез, телефон его перестал отвечать. А девчонке было предложено отработать. Как Цыга делает: не орет, не пугает, говорит спокойно – в доме, мол, приберись, во дворе подметись, ничего особенного. Часть долга, говорит, тебе за это прощу, и можешь топать домой. А там коттедж трехэтажный, и пристройка, и двор десять соток. Весь день в мыле, и все равно не успеть. И ручки-ножки уже дрожат, организм требует вливания. Цыга все понимает: он и в дозе не откажет, и даже в баньке позволит помыться, да еще спинку потрет, и в пристройку переночевать пустит. А если кто из цыгиных друзей, знакомых или случайных гостей захочет – может пользовать ее по женской линии, как пожелает, а оплату опять же, хозяину… Она и не против: «винт»[2] возбуждает, да и человеческое общение как-никак… Вот только это ей в зачет не идет: завтра опять придется отрабатывать. Уже с учетом новой дозы. А завтра повторится то же самое. И послезавтра. А потом из пристройки придется перебраться в сарай – «летний домик», так называет его Цыга. «Воздух свежий, приятный, много здоровья будешь иметь!»… Уговоры, обещания – все пустое. Даже в баньку с ней не пойдет, пусть не просит, уже товарный вид потеряла. Цыге-старшему она уже не интересна. Ему интересны деньги, прибыль. Работа. Да и остальные мужчины на нее уже не смотрят – подурнела девчонка, опустилась, перешла в другую категорию, для утех негожую…

Так она перекантовалась у Цыги четыре месяца. Вместо шампуня – хозяйственное мыло. Объедки. Одежда пачкается, рвется от работы. А доза бывает не всегда – «ленишься часто, нехорошо!» – говорит Цыга. Пыталась убежать. Избили. Что-то сломали – погорячились. И однажды утром нашли ее в летнем домике мертвой. То ли от побоев, то ли от абстинухи окочурилась – неизвестно. Что ж, бывает и такое… Никто не удивился.

Здесь алгоритм простой, все наработано. Водитель Ахмет ночью вывозит труп за город, в лесопитомник, он знает хорошие места, и там закапывает, присыпав хлоркой, чтобы животные не раскопали – собаки там бродячие, а то и дикие кабаны…

В этот раз он был слегка «датый», но все равно поехал. Цыга не любит, когда в доме трупы. Когда поворачивал на Восточный объезд, не рассчитал скорость – машина вылетела в кювет и перевернулась. Ахмет кое-как выбрался из салона, успел набрать Цыгу:

– Я на объезде в аварию попал…

И вырубился. А когда пришел в себя, вокруг уже суетились гайцы.

– Пил?

– Чуть-чуть совсэм…

– А девушка твоя?

Он сперва не сообразил. Потом увидел – крышка багажника отлетела, девчонка лежит на обочине.

– Какой девушка? Не знаю, не помню!

– Колись, урюк, что с ней сделал?

– Ничего не делал, такой и был! Чэсный слово!

Вовремя подъехал капитан Теслюк – он крышует «Золотую Милю». Переговорил с «гайцами», с врачами «скорой», которая появилась почти одновременно с ним, сделал несколько звонков. Быстро и профессионально все утоптал, эта схема тоже отработана.

Ахмет сам по себе – фигура мелкая, конечно. Но за ним стоит Цыга, а за Цыгой стоит тиходонский криминал и половина всего наркотрафика в городе, там серьезные связи и огромные, огромные деньги. Благодаря Цыгиным деньгам немало тиходонских ментов знает, что такое Хургада и Анталия. Поэтому топить Цыгу никому не надо.