Спи, моя красавица

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!

Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.

Спасибо.

Автор: Альта Хенсли

Название: «Спи, моя красавица»

Серия: Мультиавторская серия «Темный лес»

Переводчик: Маргарита Волкова

Оформление и обложка: Маргарита Волкова

Переведено для группы Джасинда Уайлдер| Переводы

Любое копирование фрагментов без указания переводчика и ссылки на группу

и использование в коммерческих целях ЗАПРЕЩЕНО!

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Брайар

Давным-давно было голубое небо и яркие солнечные лучи. Но сегодня, как и в любой другой день, пепел падал с неба, образуя толстый слой тьмы и отчаяния. Я прислонилась к дверному косяку, протянула руку и позволила серым частицам упасть мне на руку.

— Я должна. Нет другого выхода, — сказала я низким голосом.

Я оглянулась через плечо на трех женщин, которых любила, которые сидели у слабо горящего огня, и проглотила большой ком в горле.

— Я не хочу покидать вас. Но если не уйду сейчас, они все равно придут и заберут меня, наказывая всех, кто пытается их остановить.

Самая хрупкая из женщин понимающе кивнула. Дорогая Джейн едва могла стоять в наши дни, но все же обладала сильным духом, которым я очень восхищалась.

— Они все равно придут за тобой, это верно.

Другие женщины, Анна и Рут, молча кивнули в знак согласия. Можно было увидеть, что им было больно это делать, но эти женщины всегда были честны и прямолинейны со мной с того дня, как нашли меня и предложили приют в своем доме.

Распространилась молва о приближении армии Фурии (прим.: мужской эквивалент Малефисенты из сказки «Спящая красавица»), и оставался вопрос дня, а может быть, даже часов, прежде чем они штурмуют нашу маленькую деревню, грабя и убивая всех, чтобы получить то, чего они хотели.

Женщин.

Они хотели женщин.

Они охотились за всеми молодыми, красивыми женщинами в возрасте до двадцати пяти лет по приказу самого могущественного человека, оставшегося стоять на этой обугленной и разрушенной земле — Гримма Фурии. Десятилетия войн, бомбежки, жестоких нападений и безжалостный образ жизни оставили очень мало того, что когда-то было современным высокотехнологичным обществом. Толстый слой серого разрушения ниспадал из атмосферы, погружая то, что осталось от цивилизации, в глубокий и темный сон от жизни, которую мы когда-то жили. Мир кардинально изменился. Люди едва выживали. Их души погрузились в вечный сон.

Ничего, кроме простого существования.

Ничего, кроме безэмоционального дыхания, предназначенного исключительно для удовлетворения основных жизненных потребностей.

Ничего, кроме ходячего ужаса под удушающим воздухом.

Слабые стали слабее. Бедные — еще беднее. Могущественных людей почти не осталось, но те немногие, что еще живут, были самыми злыми из них.

Холодок пробежал по моей спине при одной мысли о Гримме Фурия. Сказаний о чистом чудовище было достаточно, чтобы все боялись этого человека. Он и его армия восстали из пепла и стали еще сильнее благодаря пылающей земле вокруг них. Я знала, что его армия шла по мою душу, и, когда они достигнут моей маленькой деревни, состоящей из менее чем десяти построек, они медленно и безжалостно убьют всех, кто встанет у них на пути.

У меня не было выбора. Я не могла бежать. Куда? Не могла спрятаться — они найдут меня. Не могла сражаться — они победят. А поскольку я была единственной женщиной моложе двадцати пяти лет, которая жила в Мертвой Долине, мне было необходимо сдаться без боя ради всех остальных. Было бы несправедливо по отношению к женщинам, которые смотрели на меня со слезами на глазах, пытаться спрятать то, что Фурия в конце концов получит. Они умрут, пытаясь — я знала это, — и не могла этого допустить. Я принесу себя в жертву. У меня не было выбора.

— Когда я думаю о тех вещах, что они с тобой сделают, — сказала Рут, вытирая слезы носовым платком, который давно потерял свой совершенно белый цвет, но его заменил тускло-серый, как мир. — Мы не можем просто сидеть здесь и ничего не делать, зная… ну, просто зная.

— Рут! Замолчи, — отругала Джейн. — Она не должна сейчас думать обо всех тех ужасных вещах. Мы должны помочь ей оставаться сильной. Они идут, и мы ничего не можем с этим сделать.

Мои плечи опустились в поражении, когда я увидела, как пожилая дама нахмурилась. Они знали. Я знала. Каждая женщина, которая не была больна или искалечена, что было редкостью, в конечном итоге принадлежала Фурии. Его аппетит к сексуальным удовольствиям, перешедший в царство мрачных эротических ужасов, был сказками, которые не давали уснуть ни в чем не повинным кошмарам. Коварные извращения, порочные табу, выходящие за рамки самых дьявольских фантазий. Фурия был садистом, и хотя я воочию не знала, что это означало, знала, что этого следовало опасаться.

— Пришло время, дитя, — объявила Анна, жестом приглашая меня сесть на небольшую деревянную табуретку, которая стояла у ее ног.