Советы супругам и родителям

В 1839 году в Оптину пустынь тайно пришел молодой учитель греческого языка и остался на постоянное жительство. Несмотря на слабость здоровья, он много потрудился над переводом и изданием аскетических творений святых отцов, а также собственных богословских трудов.

В 1846 году был рукоположен в иеромонаха, а через 14 лет — избран старцем монастыря. «Неся этот ответственный и тяжелый иноческий подвиг, — пишет богослов С. Н. Булгаков, — старец Амвросий был полон сокровищ великой мудрости и опытности, безграничной любви и милосердия. Толпы народа со всей России изо дня в день и с утра до вечера осаждали пустынную келью, ища благословения, помощи, утешения, совета в разрешении сомнений…

Старец встречал и провожал их с отеческой лаской. Обладая даром прозорливости и исцеления, он многих отпускал с умиротворенной душой, с облегченным сердцем и с верой в лучшую жизнь… Стекавшиеся от почитателей значительные пожертвования он обыкновенно делил на три части, употребляя одну часть на нужды скита и на помин жертвователей, малую часть на лампадное масло и восковые свечи, самую же большую часть — на бедных»…

При этом он будто бы говаривал, что сейчас много бедных, но придут времена, когда вся страна обнищает.

В 1988 году Поместным Собором Русской Православной Церкви старец Амвросий Оптинский причислен к лику святых.

Поздравляю тебя с новобрачными, а N — с новой супругой… Сердечно желаю им взаимного супружеского союза и мира, а тебе утешения их благопокорностью и достодолжной почтительностью и уважением, какое приличествует родителям от благоразумных и послушных детей. Все же трое всегда вы должны помнить и не забывать того, что тогда только жизнь ваша будет проходить мирно и благополучно, когда мы не будем забываться и забывать Бога, Создателя нашего и Искупителя и Подателя благ временных и вечных. Не забывать же Его — значит стараться жить по Его Божественным и животворным заповедям, и в нарушении их, по немощи нашей, искренне каяться и немедленно заботиться об исправлении своих ошибок и отступлений от заповедей Божиих.

Всеблагий Господь да утвердит нас на спасительном Своем пути!

Семейные тяготы должно переносить, как добровольно избранную нами долю. Задние мысли тут скорее вредны, нежели полезны. Спасительно лишь то, чтобы о себе и о семействе молиться Богу, да сотворит о нас полезное по воле Своей святой.

От души желаю вам всего того, что вы выразили в краткой приписке вашей касательно истинного разумения дел и кроткого обращения с другими, и благодушного перенесения скорбей, и благоразумного отражения интриг человеческих и козней исконного врага. Поминайте царепророка Давида, который помощью Божией, пройдя подобные обстоятельства, написал так: «Терпя потерпех Господа, и внят ми, и услыша молитву мою, и возведе мя от рова страстей и от брения тины (греховной), и постави на камени (заповедей Божиих) нозе мои, и исправи стопы моя, и вложи во уста моя песнь нову, пение Богу нашему» (см. псалом 39).

Пишешь мне о случае, который произвел на всех вас неприятное впечатление. Что делать? Старинные люди давно решили, что век без притчи не проживешь, и прибавили, что и горшок с горшком сталкивается, тем более людям, живущим вместе, невозможно пробыть без столкновения. И особенно это бывает от различных взглядов на вещи: один о ходе дел думает так, а другой иначе, один убежден в своих понятиях, кажущихся ему твердыми и основательными, а другой верует в свои разумения. Ежели в первоначальном правиле арифметики слагается один и один, то выходит два, если же в третьем правиле помножить два на два, то выйдет уже четыре; если же дело дойдет до дробей, то окажутся цифры вверху и внизу, а посреди них черта: так бывает и в делах человеческих. Если их очень раздробляют, то окажется неудобство и вверху и внизу, с какой-либо преградой посредине.

Я как тебе писал и говорил прежде, так и теперь скажу: ежели будешь веровать в Промысл Божий и надеяться на всесильную Божию помощь, то не встретишь никаких неудобств… и… будешь всегда пользоваться возможным спокойствием душевным. Когда же будешь заботиться о том, чего не может и случиться (потому что предположения по большей части неверны и ошибочны), то напрасно себя будешь только беспокоить.

Тебе думается, как бы не отказали тебе вдруг. Из получаемых мною писем не вижу я и намека об этом и не думаю, чтобы с тобой так поступили, разве уж по каким-либо особенным непредвиденным обстоятельствам. Мало ли что предлагают люди: не всегда это принимается к делу. <…>

А тебе советую держаться золотой середины в обращении с младшими и старшими, стараясь не настаивать на своем и делать по своей обязанности то, что будет возможно по соображению, руководствуясь страхом Божиим и своей совестью.