Я, сорняк и особняк

Когда я проводила ритуал на "суженого-ряженого," у меня и в мыслях не было попасть в другой мир и стать владелицей огромного поместья Блэкшир! И все бы ничего, но замок хронически проклят, к наследству прилагается язва-дворецкий, а кобелистая личность в виде бывшего хозяина поместья претендует когтистыми лапами на мою недвижимость! Практически все, что есть в поместье, пытается меня сожрать, а я — сделать их личностями без определенного места жительства. Что? Роза осыпается? А я тут при чем?

Пролог. Суженый- ряженый.

— Суженый-ряженый, приходи наряженный, — шептала я, стоя перед огромным зеркалом в полной темноте. — Приходи наряженный.

Нет, ну интересно же! Мне почти тридцать, а его высочество прЫнц так и не соизволил появиться в моей жизни. Внутренний голос уже давно убеждал меня в том, что принцев нет, а до нас доходят только кони. Но я не сдавалась и верила. Верила, что он задерживается, меняя подковы коня на очередном стопе. Запыхавшийся, уставший и грязный, он смотрит вдаль, где я уже поджидаю его с тарелкой борща и тонко нарезанным хлебушком. “Ты потерпи, милая! Я скоро!”, - сказал он десять лет назад. И след его простыл.

— Суженый, ряженый, — повторяла я как попка дурак, всматриваясь почти физически в гладь зеркала. Но ничего, кроме растрепанных волос и красных от недосыпа глаз, я там не видела. — Суженый, ты там оглох, что ли?

Сопела я, ожидая того, чего не знаю сама. Прошло двадцать минут, его занятое высочество так и не удостоило меня своей аудиенции, а я уже строчила отзыв на форуме, что фуфло это, а не ритуал. И толку никакого. Совсем. Но отзывы убеждали, что в этом зеркале видели и будущих мужей, и будущих любовников. А какая-то очень взволнованная мадам, отбросив скромность и правила грамматики, писала о том, что видела сразу толпу. Из пяти человек. И теперь требует помочь ей с очередностью.

— Принцы кончились на мне, — выдохнула я своему отражению. И стало вдруг так по-бабьи обидно. Что в носу защипало. — Хорошо, я — девушка не гордая. Принцев нет, а есть эти… как его… Лорды? Ну или герцоги с маркизами?

Зеркало молчало. Меня начинало это тревожить.

— Эй, — заглянула я внутрь зеркального коридора. — Я вообще когда-нибудь замуж выйду?

Но мне никто не ответил.

— Так! Только не говорите, что я умру старой девой!!! — возмущалась я, в надежде, что у прЫнца совесть взыграет и он высунется. Но тщетно.

Я машинально потянулась к кнопке выключателя, как вдруг в зеркале что-то дрогнуло. Ну, все, Рит, можешь вызывать бригаду в белых халатиках. Тебя проглючило.

— Мадам? — послышался старческий мужской голос, а я мысленно наливала себе пол-литра успокоительного. — Мадам, вы здесь?

Самое интеллектуальное, на что был способен мой мозг, — это:

— Эээээээ, — еще не понимая, кажется мне или нет, произнесла я. — Кто здесь?

Теперь в ступоре находился тот, кто меня позвал. Похожие звуки раздались и с той стороны.

— Макс, дворецкий семьи Орсвилль, — спустя пятиминутную паузу ответили мне, а я схватилась за сердце, понимая, что дед Кондратий вот-вот зайдет познакомиться и принесет в подарок инсульт, инфаркт и прочие радости. — А вы… мадам…

— Мадемуазель, — машинально поправила я какого-то Освиля, пока сердце набирало скорость, готовясь поставить мировой рекорд по чечетке.

В комнате повисла напряженная пауза. Перед глазами стоял образ Фрекен Бок с выражением: “Я Вас боюсь”. Если у этого Максима окажется пропеллер, то я себе неотложку вызову. Напряженным взглядом я смотрела в зеркало, боясь лишний раз шелохнуться. Не знаю, что меня больше пугало. То, что в ритуале не было ни слова про душевные разговоры. Или то, что по условиям ритуала мне показали будущее. И если это — правда, то выйти мне придется замуж за древнего старикана.

— Мадемуазель, пока вы ответите, я рискую встретиться со своими предками, — снова подал голос Макс, а я прям физически чувствовала, как седеют мои волосы. — Как Ваше имя?

— Маргарита, — заикаясь, ответила я, все еще собираясь с силами посмотреть в зеркало. Может, свет включить? — Маргарита Кочкина.

— Отлично! Я по адресу, — обрадовался дворецкий, окончательно подводя меня к сердечному приступу. — Мадемуазель Маргарита, леди, я не могу долго удерживать портал.

Я стояла ни жива, ни мертва, с каждой секундой понимая, что моя кукуха уехала в отпуск без меня. Мамочки, как страшно-то. Из зеркала послышался тяжелый вздох, а в комнате неожиданно поднялся ветер. Странно! Я же форточки не открывала!