Соперник

1

Эрик так и не смог уснуть: мешала непрекращающаяся головная боль. Он стиснул зубы, приподнимаясь на жёсткой больничной кровати, и сбитым распухшим кулаком ударил по кнопке вызова медсестры:

— Эй, кто-нибудь! Опустите наконец эти чёртовы жалюзи!

В дверях показалась пожилая медсестра, сжимая в руках крошечный стеклянный стаканчик:

— Хорошо, месье Монер, — учтиво сказала она, протягивая ему стаканчик, — сейчас всё сделаю. Странно, что вам не нравится наш знаменитый карминный закат, здесь на острове его называют «неразлучник». — Медсестра недоумённо пожала угловатыми плечами и вкрадчиво продолжила: — Считается, что влюблённые, однажды встретив этот закат, уже никогда не расстанутся.

— Мне плевать на ваш закат, — произнёс Эрик, еле выговаривая слова опухшими губами, — впрочем, как и на ваш остров.

Быстро выпил лекарство из стаканчика и уткнулся в подушку.

Эрик соврал ей и мгновенно почувствовал, как у него сдавило горло.

Он часто возвращался мыслями на этот остров, куда приехал совсем юным в надежде найти хоть какую-нибудь работу в порту. Он сбивчиво рассказывал встречающимся людям свою трогательную историю: о том, что рос единственным ребёнком в семье, и отец — крепкий здоровяк ловко управлялся на нескольких работах. Но мать умерла от болезни, когда Эрик был совсем маленьким. Отец больше не женился, стал много выпивать, продал их старенький дом, промотал деньги и вскоре умер от белой горячки.

Эрику всё же посчастливилось получить место разнорабочего, а спустя время он встретил юную зеленоглазую шатенку с необычным именем Татин, которую до сих пор не мог вытеснить из своей памяти. Впервые он испытал тогда трепетную юношескую любовь и щемящее чувство нежности. Сейчас этот пламенный закат только усиливал гнетущую тоску по тихим и простым вечерам, проведённым с ней. Он восхищался её женственностью и утончённостью, длинными локонами, спускающимися водопадом на загорелые плечи, и редкостным упорством, с которым она доводила до конца любое дело.

На этом острове они вместе исполнили его заветную мечту — стать боксёром. Эта мечта давно жила в его сердце, но что-то мешало ему сделать первый шаг. А теперь, вдохновленный поддержкой Татин, он начал упорно тренироваться. Один за другим Эрику покорялись различные приёмы, а его выносливость, сила воли и дисциплина превращали обычного парня в успешного спортсмена. Он впервые почувствовал себя сильным и по-настоящему счастливым.

Это теперь, лежа, уткнувшись в подушку, он понимал, что когда-то сделал неправильный выбор и снова связать их с Татин может лишь чудо. Но тогда, несколько лет назад, всё было иначе: он почувствовал, что меняется сам, меняется его окружение, что парень с его данными и целеустремлённостью не должен киснуть на маленьком острове, он должен идти дальше.

Медсестра направилась к окну и увидела, как к больничной парковке подъезжает чёрный спортивный автомобиль.

— Кажется, ваш тренер приехал со своей дочерью, — тихо сказала она, опуская жалюзи.

Эрик был рад приезду Жана Бонье, он уважал его не только за прошлые заслуги в боксе, но и за искренность, честность и надёжность. А вот его двадцатилетняя дочь Кристин, повсюду следовавшая за отцом, изрядно раздражала парня, он считал её выскочкой и воображалой. К тому же она была слишком дотошной, и он подозревал, что эта девица проявляет чрезмерный интерес к его прошлому. В каждом их разговоре он чувствовал её стремление узнать о нём что-то большее. Кристин изучала психологию в университете и параллельно помогала своему отцу вести бумажные дела, но при этом не пропускала ни один поединок Эрика, а в последнее время и тренировки.

Он сморщился от очередного приступа головной боли и еле слышно произнёс:

— И она тут.

Медсестра в белоснежных сабо тяжело зашаркала к двери.

— Эрик, всё будет хорошо! — столкнувшись с медсестрой и переводя дыхание, выкрикнул высокий мужчина средних лет. Он размашистым, уверенным шагом подошёл к Эрику и уселся на его кровать: — Я поговорил с врачом, он, конечно, тебя не хочет отпускать, но, думаю, мы решим этот вопрос, под мою ответственность. Посмотри, я привёз тебе Кристин. — Бонье кивнул в сторону стройной блондинки. — Поболтайте пока, а я через полчаса вернусь, мне необходимо уладить вопрос с частным самолётом, отсюда просто так не выбраться.

Тренер ушёл, а Эрик вытянул свою мускулистую шею и стал вглядываться в сторону дверного проёма, где о чём-то оживлённо перешёптывались медсестра и Кристин.

— Здравствуй, Эрик! — заметив его настороженный взгляд, весело сказала Кристин, и её острые каблуки звонко застучали по идеально вымытому полу.

На отёкшем, с многочисленными ссадинами, лице Эрика появилась недовольная гримаса. Он уставился одним полуоткрытым глазом на пышное платье Кристин из красного муслина, в котором она всегда приходила к нему на бои.