Сокровища капитана Ермакова. Тетрадь вторая

Дорогой Костя!

Не люблю я писать письма, но тут не могу удержаться. Ты, конечно, помнишь путешествие нашего географического кружка «Алый вымпел» в карстовые пещеры Подмосковья. Как мы нашли старинный сундук… там еще была шпага с позолоченной рукояткой, компас в кожаном футляре и даже головной убор индейского вождя. А потом у костра читали клеенчатые тетради… Не все там можно было разобрать, потому что несколько страниц были размыты морской водой. Это был судовой журнал какого-то таинственного «Клуба знаменитых капитанов». И сам учитель географии Алексей Николаевич не мог разгадать, чей это сундук? Кто его спрятал в подмосковной пещере? Кто писал судовой журнал? Так мы ничего об этом и не узнали…

Представь себе мое удивление. Как ты знаешь, я на лето уехал к бабушке в Ярославль. Как-то раз бабушка посылает меня на пристань за газетами… Подхожу я к газетному киоску и вижу на прилавке… Ни за что не угадаешь, какую книжку!. «Клуб знаменитых капитанов», выпуск первый «Свистать всех наверх». Я вместо газет, сам понимаешь, беру книжку и тут же начинаю перелистывать. Оказывается, это одна из клеенчатых тетрадей, которые мы нашли в пещере и читали у костра. Помнишь, как знаменитые капитаны помогли одному школьнику ответить на самые трудные вопросы по географии? Вместе с мальчиком они плыли по морям и океанам, по бывали в Антарктиде и победили «пушечный клуб». Только все это с картинками и напечатано в типографии. Я, конечно, спросил продавца, где остальные тетради. Он ничего не знает. Только слышал, что скоро поступит в продажу вторая тетрадь «Сокровища капитана Ермакова». Если где увидишь, — купи обязательно для меня. Деньги я отдам, когда приедет папа. Честное пионерское! Здесь, в Ярославле, тоже есть Кремль, только маленький и без рубиновых звезд. Я каждый день купаюсь в Волге и катаюсь на лодке.

Здесь, в Ярославле, тоже есть Кремль, только маленький и без рубиновых звезд. Я каждый день купаюсь в Волге и катаюсь на лодке.

Твой друг, действительный член кружка «Алый вымпел» Бурунов Шура.

Мои координаты: Ярославль, Главный почтамт, до востребования.

…в это очень трудно поверить. Однако все, что здесь написано, чистая правда. Клуб знаменитых капитанов проводил свои встречи в одной из школьных библиотек на юго-западе города Москвы. Но лишь немногие знали день и час, когда капитаны сходили со страниц детских книг для новых путешествий и приключений.

В мире есть много удивительного и таинственного. И надо сказать, что, когда Мария Петровна и её помощница Катюша без пяти семь закрывали библиотеку, капитаны на каждом заседании сталкивались с какой-нибудь загадочной историей. Но даже старейший из них, достопочтенный Робинзон Крузо, украшающий книжные полки уже более двухсот пятидесяти лет, в этот вечер был поражён не менее остальных.

Да, они столкнулись с загадкой, которую почти невозможно было разгадать. Скучное это занятие — заполнять вахтенный журнал, особенно в штормовую погоду, но на сей раз оно показалось необыкновенно увлекательным.

Впрочем, судите сами.

Стоячие бронзовые часы в футляре из красного дерева мелодично прозвенели семь раз. На книжных полках зашелестели страницы.

Раздалась привычная команда капитана корвета «Коршун»:

— Свистать всех наверх!

И мгновенно запели боцманские дудки.

Откликаясь на их зов, из переплётов своих романов начали появляться члены клуба. И, как всегда, первым запел традиционную песенку капитанов наш общий любимец Дик Сэнд. Остальные дружно её подхватили.

— О, медам и месье, — заметил Тартарен, сбрасывая с округлых плеч клетчатый плед. — Я не вижу в кают-компании барона Мюнхаузена. Может, мы немножко подождём?…

— Ждать Мюнхаузена? — со скептической улыбкой возразил Робинзон Крузо, усаживаясь в кожаное кресло. — Бессмысленное занятие. Кто знает, какие утки увлекли его в новый полёт?… А быть может, он пересекает океан в чреве кита?

— Всё это в равной степени возможно и невозможно. Давайте начинать! — решительно произнёс Немо, занимая своё место за круглым столом.

Тартарен потянулся через весь стол за председательским молотком из чёрного дерева. Доски стола заскрипели под грузным телом любимца Тараскона. Однако молоток благополучно очутился в его руках, если не обращать внимания на упавшую со стола фарфоровую пепельницу.

— Ну, начнём! — и Тартарен три раза стукнул молотком.