Собрание сочинений в шести томах. Том 3

Annotation

В 3-й том собрания сочинений Ю. Домбровского вошли рассказы разных лет, новеллы о Шекспире, статьи писателя, посвященные великому драматургу, а также фрагменты последнего незавершенного романа о Добролюбове «Рассказы об огне и глине».

Юрий Домбровский

ТОЛЬКО ОДНА СМЕРТЬ

ЦАРЕВНА-ЛЕБЕДЬ

ЛЕДИ МАКБЕТ

РУЧКА, НОЖКА, ОГУРЕЧИК

НОВЕЛЛЫ И СТАТЬИ О ШЕКСПИРЕ

СМУГЛАЯ ЛЕДИ

Глава 1

I

II

III

IV

Глава 2

I

II

Глава 3

I

II

Глава 4

I

II

ВТОРАЯ ПО КАЧЕСТВУ КРОВАТЬ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

КОРОЛЕВСКИЙ РЕСКРИПТ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

ЭПИЛОГ

НЕИЗДАННЫЕ ГЛАВЫ КНИГИ

КОРОЛЕВА

ГРАФ ЭССЕКС

СТАТЬИ О ШЕКСПИРЕ

РЕТЛЕНД-БЭКОНС-ОУТГЕМПТОН-ШЕКСПИР

ИТАЛЬЯНЦАМ О ШЕКСПИРЕ — ГЛАВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЕГО ЖИЗНИ

РАССКАЗЫ ОБ ОГНЕ И ГЛИНЕ

notes

Юрий Домбровский

Собрание сочинений в шести томах

Том третий

Рассказы разных лет

Новеллы о Шекспире

ТОЛЬКО ОДНА СМЕРТЬ

Убили Женьку, молодого парня, моего бывшего соседа по квартире. Убил неизвестно кто, за что и даже где. Просто ночью сзади рубанули топором и все… Он как-то сумел все-таки добежать до дому (а случилось это в темном проходном дворе, и за двором еще был сад и школа). Скончался он не сразу, а через пять дней в больнице. Убийц не назвал, причины не пояснил, подозрений не высказал. Просто умер — и все.

Это было десять дней тому назад, и вот все эти дни я не могу найти себе покоя. Хожу и думаю, и иногда вспоминаю, что-то записываю. Только вот спрашивать не спрашиваю. Просто некого мне спрашивать.

За стеной живет его молодая жена, но она давно уже жена другого. Еще через коридор, за другой стеной — тесть и теща. Но они говорят: "А мы ведь его сколько раз предупреждали", — и значит говорить мне с ними тоже не о чем. И я это знал, чувствовал, только вот предупреждать не предупреждал. Но от этого мне не легче, а много, много труднее. Нет, существует, наверно, все-таки трагическая вина. Какая-то мировая симпатия, ответственность одного человека за другого, и с этим уж ничего не по делаешь. Древние греки отлично понимали это, ведь они впервые открыли муки совести и пение Эриний (у римлян — Эвменид) — ведьм, которые пением гонят в Орестее убийцу сначала к безумию, а потом к могиле. Вот и сейчас поют они и надо мной, и над всей нашей квартирой. Но голос их, кажется, слышу только я. Поэтому, наверное, и пишу.

Впервые Женька предстал передо мной в виде черного, без единого пятнышка котенка. Принесла его мне моя соседка — Ирина, тогда еще Женькина невеста: "Вам надо котеночка?" Котеночка мне было надо, и он отлично у меня прижился. Дня через два оказалось, что котеночек — кошка, и я подумал: "Ну, разведу я теперь у себя на пятнадцати метрах площади молодняка". Но делать было нечего, и котенок остался у меня. Сначала я не особенно обращал на него внимание — ну, котенок как котенок. Что котенку нужно? Молока налить, принести песок, вынести песок, поиграть с бумажкой, почесать шейку и все, пожалуй. Но вскоре выяснилась первая странность. Котенок не умел мурлыкать. У него иногда появлялась такая страстная потребность замурлыкать, что он весь как-то вытягивался, поводил подбородком, из него вылетали мучительные отрывистые звуки, что-то вроде шипения, но вот мурлыканья никак не получалось. Так я и показал его одной моей знакомой. "Очень странная кошка, — сказала знакомая, — очень! Просто ведьма какая-то". И тут котенок (а он лежал вытянувшись) встал, всласть зевнул, показал коралловый острый язычок, весь в серых иголочках, и пошел прямо к ней. Она взяла его на колени, посадила и стала гладить. А он сидел и смотрел ей в глаза голубыми чистыми глазами. — Ведьма! — сказал я. И тут котенок встал и пошел ко мне. Так он получил кличку свою и с первого же раза признал ее. Стоило просто войти в комнату и сказать обычным голосом "Ведьма", как котенок, а потом уже взрослая, прекрасная кошка, эдакая черная пантера с шелковистой блестящей шерстью, вылезала из шкафа или прыгала со стула и шла ко мне. Но только за нами двумя она признавала право называть ее так. Другим она не откликалась. Даже "кис-кис" и то не признавала. Да и вообще, по правде сказать, не особенно-то она любила этих других.

Это была вторая особенность черного котенка.