Сногсшибательный мачо, или Правило первого свидания

Если тебе двадцать пять лет и ты встречаешь свой день рождения в одиночестве, значит, жизнь определенно не удалась. Такие мысли лезли мне в голову, когда я тащилась с работы домой c пакетом подарков от шефа и коллег в руках. С завтрашнего дня начинался мой отпуск, и мой день рождения одновременно являлся последним рабочим днем.

Считается, что Днюха – день особый. И его полагается встречать с радостью и восторгом. На самом деле у многих людей в этот день настроение беспричинно портится, именинник впадает в раздражение и хандру, которые он должен ото всех тщательно скрывать. Иначе не поймут: ведь он просто обязан радоваться. Вот и приходится разыгрывать перед всеми своеобразный спектакль под названием «Все о’кей», хотя на душе скребут кошки и настроение – хуже некуда.

Маленький сабантуйчик на работе: классические бутерброды с сыром и копченой колбасой, торт и пирожные эклеры, бутылка грузинского вина, произведенного в поселке Васильково Московской области, – был позади, и теперь я с ужасом думала, как приду домой. Потому что сидеть одной-одинешенькой в день рождения дома и думать о том, что ты – форменная неудачница, у которой в жизни ничего не сложилось, никому не хочется. А судя по всему, мне предстояло именно такое времяпровождение.

Как только я переступила порог квартиры, так сразу с раздражением швырнула сумку в угол и потащила пакет с подарками на кухню. Наверное, я хотела доставить себе сладостно-садистское удовольствие от разглядывания всей этой идиотской дребедени, которую мне вручили в офисе. Первым шел подарок от шефа. Он не отличался особой оригинальностью и всем своим сотрудникам дарил одинаковые подарки – черные блокноты под кожу с ручками. У меня таких уже было три штуки – по количеству лет, которые я проработала в «Био-плюс». Потом шли мягкие игрушки – почему-то самый распространенный женский подарок: два медвежонка и один тигр (запоздалый привет Новому году!), будильник от главбуха Яны Петровны, тонкий намек на то, что я частенько опаздываю, помада цвета, который мне не идет, коробка шоколадных конфет и брелок с африканской маской (подарок нашего водителя).

Глядя на весь этот бесполезный хлам, я почувствовала, как мое настроение стремительно миновало отметку «ноль» и опустилось еще ниже. Внутри меня медленно и неумолимо зарождался плач. Не тот краткий, со всхлипываниями и легкой головной болью впоследствии, а самый настоящий долгий и пронзительный рев. Это будет рев по всей неудавшейся и несостоявшейся жизни: неинтересной работе за маленькую зарплату, последнем сбежавшем бойфренде, затянувшемся одиночестве и полном отсутствии жизненных перспектив.

Моя родная псина, белый бульдог Ронька, больше всего на свете обожавший свежую клубнику, виновато топтался около меня, как мужчина, который видит, что его любимая женщина вот-вот закатит истерику, а он не знает, как ее утешить.

И тут в моей голове родилась странная и бредовая мысль, которая при ближайшем рассмотрении оказалась не такой уж бредовой, а вполне нормальной и реалистичной.

Мне пришло в голову пойти и посидеть в свой день рождения в самый пафосный и дорогой ресторан нашего города – «Золотой павлин», в котором я раньше никогда не была, но от людей слышала, что ресторан – супер, кухня – вкусная, а обстановка – соответствующая, то есть рассчитана на людей с толстыми кошельками.

В отличие от других ресторанов «Золотой павлин» располагался не в центре, а ближе к окраине, потому что, помимо одноэтажного здания, ресторан включал в себя еще площадку с фонтаном и зелеными клумбами. Фонтан по вечерам подсвечивался, и с весны и до ранней осени наиболее пафосная публика заказывала столики именно там. Это было довольно впечатляюще: сидеть на улице и слушать залихватски-зажигательную музыку в окружении цветущих клумб и фонтана, пускающего разноцветные струйки в воздух.

Снаружи ресторан выглядел очень помпезно: крыльцо, отделанное мрамором, мраморные скульптуры при входе, величественный швейцар в ярко-изумрудной форме с золотыми пуговицами.

Я вдруг подумала, что сегодняшний вечер является хорошим оправданием ненужной траты. В нормальный день я бы ни за что не выкинула кучу денег на ресторан. У меня бы просто не поднялась на это рука. Но сегодня был особенный день, и тратить было можно. Во всяком случае, я себе разрешила.

Я быстренько собралась: одела черные джинсы, которые мне очень шли, и нарядную бирюзовую блузку, купленную два месяца назад. Я накрасилась, накинула сверху куртку и вышла из дома.