Снежный барс

.

Корчма "У Тофа" гудела как растревоженный улей. Это было делом обычным, а уж по вечерам, да в такую отвратительную погоду как сейчас – тем паче. "У Тофа" подавали самый лучший эль и самую вкусную рыбу в округе. И все это по вполне приемлемой цене, посему посетителей в корчме было более чем достаточно.

Вот и сегодня: снаружи бушует шторм, завывает яростный ветер, с неба нескончаемым потоком льет дождь. Шумит грозное море, волны гигантскими, мокрыми пальцами теребят берег. А в корчме "У Тофа" тепло и уютно. И тесно, очень тесно.

Человек сидел в самом темном углу, в полном одиночестве, и со странным безразличием просто напивался. На него никто особенно не обращал внимания, он тоже редко отрывал взор от кувшина. В отличие от многих посетителей, пришедших сюда ради лучшего в округе эля, он пил вино. Объемистый кувшин был уже почти пуст, но человек вовсе не выглядел пьяным.

– Хозяин! – Крикнул он. – Еще вина!

Толстенький, лысый Тоф самолично шустро принес еще вина и покосился на странного клиента. Тот выпил уже довольно много, и хоть бы что, даже язык не заплетается. Да и вообще, какая радость сидеть и пить в одиночестве? Но молодой парень видимо кампании не искал, а подсаживаться к нему, почему-то никто не спешил. Это был единственный на всю корчму стол, где сидел один человек. Почувствовав интерес хозяина, он поднял взгляд. Тоф едва удержался, чтобы не отшатнуться. У парня были странные кошачьи глаза, ярко-зеленые, с вертикальными широкими веретенами зрачков, крупные и раскосые к вискам. Они зловеще мерцали в дымном полумраке корчмы, отражая неверный свет дешевых светильников. Лицо скуластое, загорелое и какое-то хищное, а по левой щеке, от уголка глаза до рта тоненькой, едва заметной ленточкой змеится белесый шрам. Длинные снежно-белые волосы небрежно собраны в конский хвост, только несколько коротких прядей падали на лицо. Это создавало странный контраст со смуглой кожей и привлекало внимание к угрюмому скуластому лицу. В общем, вкупе со своими габаритами, парень выглядел весьма угрожающе.

Корчмарь наконец поборол оцепенение, и поспешил по своим делам, оставив в покое странного незнакомца. А тот усмехнулся ему вслед, сверкнув острыми клыками, и вновь принялся за вино. Он действительно не пьянел, но с завидным упорством пытался напиться. Пока ему это не слишком удавалось, да он и прекрасно знал, что не удастся. Однако останавливаться парень, не собирался. И хозяин исправно подносил ему кувшины с вином. В конце концов, платит-то клиент золотом, а большего корчмарю и не надо.

Уже далеко за полночь странный незнакомец оставил свое бесполезное занятие и принялся, все с тем же отсутствующим видом, разглядывать остальных посетителей корчмы. К нему так никто и не подошел.

Дом купца Тахала из Акиты горел. Штормовой ветер и дождь скоро потушили пожар, так что, особняк пострадал не очень сильно. Огонь затронул в основном покои хозяина, с которых, собственно, и начался пожар.

Перепуганные и промокшие до нитки слуги толклись на улице и тихо переговаривались, наблюдая за тем, как десяток городской стражи входит в дом. Как они обшаривают каждый уголок, тщательно осматривают выгоревшие комнаты. Никто толком не понимал что происходит, знали только: хозяин мертв. Мальчишка-слуга, приносивший хозяину поздний ужин, лепетал нечто не вполне вразумительное, тараща перепуганные глаза. Общими усилиями стражи и остальной прислуги, от паренька таки удалось добиться более или менее приемлемых ответов. И все же рассказ его казался невероятным, более того неправдоподобным.

Рабочий кабинет Тахала вплотную прилегал к спальным покоям и находился на втором этаже. Ненастным вечером купец засиделся за работой. К ужину он не спустился. Было уже очень поздно, когда мальчишку-слугу послали отнести хозяину поесть.

Мальчик медленно поднимался по лестнице, осторожно, двумя руками неся тяжелый поднос. Только бы не уронить! И вот, наконец, нужная дверь. Он постучал ногой, боясь освободить руки. Ответа не последовало, парнишка подождал немного и постучал вновь, прислушиваясь. Из-за двери донеслась какая-то возня, а потом воздух сотряс истошный вопль. Не слишком задумываясь над своими действиями, мальчишка отбросил поднос, ринувшись на помощь хозяину. И замер в ужасе. Мертвый купец лежал на полу с разорванным горлом. Кровь залила дорогой восашский ковер. Над мертвецом склонился огромный, белый, словно призрак зверь. Он обернулся на звук шагов, и мальчик отшатнулся испуганно, увидев мерцающие зеленью глаза. В них не было звериной ярости, только холодный разум убийцы.

Зверь изящным прыжком взлетел на тяжелый письменный стол. Ошалелый от страха мальчишка швырнул в него первое, что попалось под руку. Тот легко увернулся. Летящий предмет попал в масляную лампу, она звякнула, разбиваясь. А зверь уже выскочил в распахнутое окно и растворился в ночи.